Аналитика

Белорусско-российская интеграция — перелома не будет?

Процесс интеграции Республики Белоруссия и Рф в протяжении прошедших десятков лет становился предметом острых споров меж Минском и Москвой. Подписанный в 1999 году союзный контракт, который был должен стать основой для предстоящего сближения 2-ух государств, оказался так обширным на самом деле, что реализация его главных положений на практике стала фактически неосуществимой.

Все попытки реанимировать процесс сближения долгие и длительные годы натыкались на разность подходов в интерпретации документов о разработке Союзного страны, что в ряде всевозможных случаев изливалось в острейшие кризисы двухстороннего взаимодействия. Действия в Республики Белоруссия и вокруг нее, которые последовали после голосования за выборах президента августа 2020 года, почти всем показались переломным моментом в белорусско-российских отношениях, который должен быть коснуться и вопрос интеграции. Но на практике положение дел оказалась не настолько конкретной.

Минск и Москва не один раз пробовали решить вопросы об увеличении интеграции, которой дали старт во 2-ой половине девяностых годов. Но с течением времени стало ясно, что интересы и цели у сторон в этом процессе если не диаметрально обратные, то по меньшей мере лежат совсем в различных плоскостях. Для Российской Федерации Союзное правительство (СГ) вначале было международным проектом, тогда как для Республики Белоруссия и её управления основной целью сближения с Москвой постоянно была экономика. Как много бы ни шла речь о том, что в 1-ые годы существования СГ белорусский лидер Александр Лукашенко планировал оказаться в должности руководителя этого объединения и тем получить власть над Российской Федерацией, никаких официальных подтверждений данному представлено не было. Кроме того, сам глава Республики Белоруссия называл такие обращения вымыслами, обращая внимание, что главной его заботой было воссоздание разрушенных после краха Советского Союза связей. Для Лукашенко постоянно важнее было его положение снутри государства и отношение к нему белорусов, чем статус в Российской Федерации, в особенности после прихода в руководству в России Владимира Владимира Путина. Конкретно с тех пор официальный Минск совсем переключился на финансовую составляющую интеграции, тогда как в столице России принимали этот процесс все еще исходя из убеждений геополитики.

История существования Союзного страны была заполнена не лишь положительными действиями, да и обоюдными обвинениями, также нежеланием сторон идти на скидки друг дружке. Невзирая на огромное количество принятых решений, упростивш?? жизнь обычным белорусам и россиянам, выйти на отменно новый уровень сотрудничества Минску и Москве не удавалось. Кроме того, после событий на Украине 2014 года стало разумеется, что проект СГ и совсем оказался под страхом заморозки. В белорусской столице стали больше разговаривать о желании города Москва поставить республику «на колени». В столице России же прямо не отторгали схожих обвинений. Но очень раздраженно принимали всякую критику собственных партнеров, в особенности с учетом предоставляемых Республики Белоруссия от Российской Федерации льгот и займов.

Как понятно, подобное положение дел была вплоть до конца 2018 года, когда Российская Федерация в конце концов решила поставить вопрос ребром. Тогда, в условиях исконных вопросов в белорусско-российских отношениях в сфере энергетики и торговли, Москва предложила два варианта предстоящей судьбы СГ: так именуемый консервативный, который предусматривал сохранение статус-кво без предстоящей реализации мер, записанных в союзном договоре, и «углубленный», в соответствии с которым предлагалось начать реализовывать все, о чем стороны условились до этого. Также разговор велся о разработке одного эмиссионного центра, таможенных органов, Счетной палаты, суда, парламента и остального. В итоге Минск и Москва сформировали двухсторонние рабочие группы, сумевш?? приготовить три 10-ка так именуемых дорожных карт, вокруг которых в протяжении следующих лет и проводилась разговор о будущем СГ. При этом, в 2019 году данные документы так и не были подписаны Александром Лукашенко и Владимиром Путиным, после этого работа по интеграции была практически свернута.

Белорусско-российская интеграция — перелома не будет?

Дмитрий Мезенцев, Григорий Рапота и Владимир Семашко. Иллюстрация: embassybel.ru

Все следующие обращения белорусских и государственных служащих России относительно предстоящей судьбы дорожных карт свелись к общему знаменателю — стороны не могут придти к одному осознанию по главным вопросам, которые были связаны с поставками энергетических носителей, таможенному и налоговому законодательству. Данная положение дел сохранялась вплоть до августовских событий 2020 года, когда Российская Федерация выступила на стороне Лукашенко, а западные государства, с которым последние годы Минск налаживал самые теплые отношения, оказались имеет отношение к попытке захвата государственной власти в Республики Белоруссия. Вот тогда почти всем складывалось ощущение, что положение дел в процессе белорусско-российской интеграции поменяется. В Минске даже зазвучали просьбы про то, что нужно осуществить пересмотр всю внешнеполитическую концепцию страны и отрешиться от многовекторности в пользу ориентации на Россия. Минск и Москва опять начали работе над дорожными картами, которые, как сообщалось, должны были быть приняты в самое последнее время. Но ни в зимнюю пору, ни ко Дню единения народов Республики Белоруссия и Рф, 2 апреля, ни к окончанию весны, ни летом процедура согласования документов не закончилась. Выяснилось, что различия в подходах Минска и города Москва к интеграции, которые существовали все последние годы, остаются. При этом, некоторые подвижки все таки произошли.

В июле месяце государственный секретарь Союзного страны Дмитрий Мезенцев упомянул, что работа «над так называемыми дорожными картами сейчас перебежала в стадию работы над союзными программами». Это значит, что формально процесс вышел на новый уровень. Сейчас стороны говорят не о неких документах, где могут быть только запланированы главные направления последующих действий, а о программах, которые должны содержать внутри себя список определенных мероприятий. Но и в данном случае остаются неопознаны и содержание данных программ, и степень интеграции, которая была предусмотрена ими, и сроки их принятия на практике.

ЧИТАТЬ ТАКЖЕ:  Байден устраивает очередной «нефтяной шторм» — кто его переживет?

Еще сначала лета глава правительства Республики Белоруссия Роман Головченко говорил, что кабинета министров 2-ух государств планируют «дошлифовать» союзные программы не позже лета и внести предложения на изучение руководителям стран. При всем этом разговор велся о 28 программах, которые выросли из согласованных до этого дорожных карт. Это количество уже не один раз возникало в процессе обсуждения интеграции, также и летом прошедшего года. Тогда также разговор велся о 28 картах и невозможности придти к согласию по главным вопросам взаимодействия. В схожей ситуации появляется закономерный вопрос: что поменялось за год?

Если исходить из имеющейся сейчас инфы, то основным изменением в процессе обсуждения стал формальный отказ города Москва от процесса политической интеграции, на чем в Москве настаивали долгие и длительные годы. В июне посол Республики Белоруссия в Российской Федерации Владимир Семашко сказал, что белорусские власти желали бы к 1 января 2022 года окончить работу по планированию финансовой интеграции с Российской Федерацией. Сразу в столице России прямо за Минском стали повторять тезис о необходимости сохранения независимости обоих стран в процессе строительства СГ. Если до этого в российском руководстве задавались вопросом, почему Российская Федерация обязана предоставлять разные льготы и дотации Республики Белоруссия, которая не является субъектом федерации, то сейчас об этом предпочитают не вспоминать.

При этом, поменялась и риторика Минска, где больше усердствуют не инкриминировать Москву в стремлении «наклонить» Республику Белоруссия, а только мягко критикуют за то, что пока не получилось сблизить цены на энергетические носители и сделать равные условия на пространстве СГ для торговли. На самом деле, сейчас идет речь, как было заявлено белорусскими государственными служащими, о «союзе самостоятельных независимых стран, который будет развиваться на новой базе» и «заложит базу для сотворения сурового макрорегиона с политическими чертами, единым рынком и общей оборонной политикой». Про это сейчас говорят политологи и провластные специалисты в Республики Белоруссия, это удостоверил и Лукашенко во время собственного «Огромного беседы» 9 августа. Тогда он сообщил, что на сей день готовы 28 интеграционных документов, а все, что касалось вопросов политической интеграции, снято с повестки дня. Появилась информация, что нерешенными как и раньше остаются вопросы в сфере поставок энергетических носителей и возмещения за налоговый маневр в нефтедобывающей отрасли Россия.

Белорусско-российская интеграция — перелома не будет?

Иллюстрация: БелТА

17 августа прошло еще одно заседание главу Республики Белоруссия с подчиненными, на котором белорусский лидер обсуждал и вопросы интеграции с Российской Федерацией. Показательно, что в публичном доступе никакой определенной инфы об результатах этого мероприятия нет. Единственным, кто коротко сообщил о встрече, стал заместитель премьер-министра Республики Белоруссия Николай Снопков, повторивш?? все, что звучало и до этого. Как он сообщил, стороны вышли на «фактически всецело согласованный пакет интеграционных документов, который включает главные направления и 28 отраслевых союзных программ, также проекты решений союзного Совмина и Высшего Государственного совета СГ об их одобрении». Сразу он удостоверил то обстоятельство, что главные трудности остаются нерешенными, а у Минска и города Москва сохраняются разные взоры на интеграцию. Снопков упомянул, что для Республики Белоруссия главными все еще являются «условия взаимодействия в энергетике и доступ на рынок Российской Федерации», а для города Москва — «вопросы налогового и таможенного регулирования, другими словами прозрачности, прослеживаемости продуктов по их территории». Но и он не сумел дать ответ, что непосредственно указано в новых союзных программах и когда же начнется их реализация.

Как считают большинства профессионалов, сегодняшняя положение с действием углубления интеграции опять испытывает судьбу возвратиться к тому состоянию, бывшее до августа 2020 года. На самом деле, единственными практическими шагами, свидетельствовавш?? бы о длящемся сближении 2-ух государств, на сей день можно считать объявленный руководством Республики Белоруссия план коллективного с Российской Федерацией противодействия западным санкционным мерам и переориентацию некоторых белорусских грузов из портов Прибалтики в российские морские гавани. Однако и тут есть ряд моментов. А именно, пока неясно, будет ли всецело переброшен весь транзит белорусских продукции нефтепереработки и калийных удобрений в порты Россия, в связи с тем, что данный вопрос остается все еще в процессе проработки. Ну и сама переориентация транзита продукции нефтепереработки из Республики Белоруссия связана быстрее не с интеграцией, а с ответными мерами Минска в отношении прибалтийских республик.

В остальном же положение дел в процессе развития СГ пока далека от радужной. Демонстративной в этом случае является положение с роумингом. Дорожная карта согласно его отмене была согласована и подписана еще в июне 2017 года, а утверждена главами министерств связи обеих государств только через два года. Сначала сегодняшнего августа появилась информация, что на совещании группы высочайшего уровня Совета руководителей Министерств СГ стороны условились лишь об завершении теста сниженных ставок интерконнекта. Использовать новые ставки начнут с 1 сентября, но о полной отмене роуминга речи все еще не идет. А также, сейчас даже не решен вопрос о обоюдном признании сертификатов о вакцинопрофилактики против коронавирусной инфекции, однако в Республики Белоруссия массивно употребляется российский «Спутник V». И схожих маленьких вопросов, которые как и раньше не решены в СГ, не один десяток.

В итоге, сейчас можно резюмировать, что ни западные санкционные меры, ни приближающаяся интернациональная изоляция официального Минска, ни внутриполитическая обстановка в Республики Белоруссия так и не сумели за прошедший год коренным образом поменять положение дел в вопросе интеграции. Стороны как и раньше утверждают о собственной готовности к сближению, но на практике не решают суровых с этой целью шагов. Ни Москва, ни Минск сейчас не располагают законными инструментами к обоюдному заставлению по выполнению союзных соглашений и не хотят этого делать. В обеих столицах продолжают изучать проект СГ как некоторый инструмент для заслуги своих задач в разрезе двухсторонних отношений. Потому и судьба этого объединения все еще остается неопределенной, а сам процесс сближения опять может оказаться в замороженном состоянии.

Похожие статьи

Кнопка «Наверх»