Политика

Что ждёт Ирак по прошествии голосования?

В прошлые выходные в Ираке прошли выборы в парламент. О судьбе Ирака по прошествии голосования рассуждает Салах Насрави, чью статью на эту тему сейчас, 14 октября предал гласности Ahram online. EADaily приводит текст этой статьи.

В воскресенье иракцы пришли на избирательные участки, чтоб выбрать новый парламент на голосовании, которые в существенной степени рассматриваются как испытание на известность политических фракций, правивш?? пострадавшей государством после падения режима Саддама Хусейна в 2003 году в условиях опасений по причине повторения тупиковых ситуаций в прошедшем.

Выборы были проведены для 329 мест в парламенте на 83 избирательных участках по всему Ираку, также и в автономном регионе Курдистан. Свыше чем 1 млн. служащих сил безопасности, также заключённые и перемещенные лица отдали свои голоса во время особых подготовительных голосования в пятницу.

Правом голоса владели свыше 24 миллионов иракцев. В одноэтапных голосовании баллотировалось около 3240 претендентов, также 940 дам, при всем этом борьба ведется меж политическими блоками, которые были сформированы на этноконфессиональной базе.

Независимая высшая избирательная комиссия государства (IHEC) сообщила, что посещаемость граждан во всех провинциях составила 41,1 %, но официальные представители избирательных участков, местные и зарубежные наблюдатели сообщили, что она могла быть всего только двадцать пять процентов, с учётом расстройства юных людей и того факта, что средний класс в главном остался дома.

Начальные показатели продемонстрировали, что политический класс инкриминируется в том, что он не много делает для предоставления главных услуг либо защиты людей государства, сохраняя статус-кво.

Решение о проведении преждевременных выборов в парламент стало ответом на длительные уличные протесты в 2019 году, в процессе которых звучали просьбы к реформе политической системы Ирака, которая была сформирована после 2003 года, которая основана на этноконфессиональных квотах. Силы безопасности подавили демонстрации со смертоносной силой, убив около 600 участников протеста и ранив тысячи остальных.

Накануне выборов почти все иракцы показали апатию и недоверие, сообщив, что они разочаровались в политике и думают, что их голоса не будут иметь значения. Почти все призывали к игнорированию голосования, со ссылкой на растущее воздействие укоренившихся политических групп и влиятельных ополчений.

Чтоб противодействовать недоверию граждан, привевшее к как никогда небольшой посещаемости на избирательные участки в 2018 году, правительство главу правительства Ирака Мустафы Аль-Казыми сейчас подтолкнуло граждан к посещению избирательных участков.

Будто бы работники избиркомов давали средства тем, кто опаздывал с получением избирательных бюллетеней либо подступал к дверям людей в некоторых районах, чтоб передать их.

Кроме низкой явки, выборы сопровождались запугиванием, угрозами и арестами. Сообщалось также о сбоях в работе электрической избирательной системы, которые, как считают некоторых наблюдающих лиц, могут воздействовать на ход процесса.

Голосование за кандидатов в Ираке — дело трудное, и, однако вся политика носит локальный характер, в Ираке она ограничена. Может быть государство является менее однородной цивилизацией в ближневосточном регионе, и её религиозные и этнические различия нередко отражаются на голосовании в государстве.

Однако демократические системы созданы для того, чтоб дозволить политическим партиям биться за власть средством голосования, предлагая разные общественно-финансовые программы, политические фракции Ирака превратили голосование за кандидатов в стране в поле битвы за идентичность.

Некоторые партии, которые управляли политической системой в Ираке в протяжении последних 2-ух десятков лет, были поражены коррупцией и производили власть через покровительство. Их лидеры не веруют ни в демократические университеты, ни в правительство, и они не уважают конституцию либо закон.

Почти все иракцы возлагали надежды, что перемены в избирательном законодательстве Ирака упростят избрание независимых претендентов, в особенности активных участников протестного движения, чтоб кинуть вызов руководящим партиям и положить конец их господству в парламенте государства.

Если б это случилось, это сделало бы эти выборы более презентабельными на протяжении всей истории государства после вторжения США. Однако борьба, с которой столкнулись участники- сторонники реформ, прошла под знаком внедрения против них смертоносной силы, которая вынудила большая часть из них выйти из гонки.

В центре внимания на голосовании были шиитские политические группы, игравш?? доминирующую роль в иракской политике после отстранения суннитского режима Саддама.

Эти фракции употребляли численное большая часть собственной группы, чтоб рассчитывать на должность главы правительства, и имели достаточные рычаги воздействия для контроля Силы народной мобилизации (Хашд аш-Шааби).

Тогда как шиитские политические группы после падения Саддама сохраняли единый фронт, глубочайшие противоречия заставили их принимать участие в голосовании в текущем году по отдельности, что привело к жестокой конкурентной борьбы в голосовании. Главные шиитские группы гневно вели борьбу за львиную долю позиций в кабинете министров, что дало возможность им назначить нового главу правительства.

ЧИТАТЬ ТАКЖЕ:  Жители страны восходящего солнца посчитали несправедливым судейство на Олимпиаде в Токио

В соответствии с постсаддамовской конституции Ирака, президент просит наибольший блок в парламенте назначить нового главу правительства для формирования кабинета министров — шаг, который за прошедшие два десятки лет сделал шиитский политический союз императивом для расширения прав и возможностей группы.

Предвидится, что резкие противоречия меж шиитскими политическими группами сейчас не лишат большая часть шиитов самого авторитетного поста в государстве, но фрагментированная шиитская политика может подстрекнуть ожесточенную междоусобную борьбу за власть снутри группы.

Два ведущих шиитских блока, Садристское движение, которое поддерживается популярным священник Муктадой Ас-Садром, и Объединение Аль-Фатх под руководством лидером боевиков Хади Аль-Амери, доминировавш?? в уходящем парламенте Ирака, ведут борьбу то, чтоб возглавить шиитскую политическую сцену.

Любой из них рассчитывает получить большая часть мест в провинциях Ирака, где доминируют шииты, чтоб сообщить про для себя как о крупнейшем блоке в парламенте и, таким образом, получить должность главы правительства либо, по последней мере, стать владыкой в больше большой шиитской альянса.

В остальные перечни шиитов входят бывший глава правительства Хайдер аль-Абади и Союз государственных муниципальных сил шиитского священнослужителя Аммара аль-Хакима и Блок законодательного страны бывшего главу правительства Нури аль-Малики.

Шиитские политики боролись с теми же трудностями на прошлых голосовании, так как они должны были привести свои дома в порядок, до того как заключать сделки по главным постам главы государства и председателя парламента, и составе нового кабинета министров с 2-мя иными главными общинами в Ираке, арабами-суннитами и курдами.

На время опубликования «Аль-Ахрам Weekly» официальные итоги выборной кампании еще не были известны, но разгорелся спор по причине начального результата, что говорит о том, что шиитская политика еще более затруднит следующие консультации по альянса.

Потому в Ираке, возможно, будет больше торгов, и переговоры о формировании нового кабинета министров могут затянуться. Как обычно, все блоки будут всеми силами пробовать найти общий язык в деле разделения политического места и гос казны в согласовании с имеющейся сектантской системой квот.

Непременно, ещё один длительный тупик в кабинете министров обоснует мнение противников про то, что повторяющиеся ритуальные голосование за кандидатов в Ираке никчемны и не в силах ни сделать работающую демократию, ни позволить кризис правомочности устоявшегося политического управления Ирака.

Заместо этого возврат элиты станет главным элементом последующего соглашения о разделе власти в государстве и будет отражать то, чего сторонники реформ боялись — ещё одной ротации руководящей элиты государства.

Однако это воспроизводство не справляющегося со своими обязательствами режима ещё больше усилит разочарование в числе иракцев, которые восстали против коррупции и бесхозяйственности в 2019 году, повторение той же формулы также побудит вооружённые группы и ополчения государства продолжать стремиться к контролю над политическими активами.

Но останутся и иные основополагающие вопросы об итогах голосования, и в частности, как они воздействую на нестабильный регион, беря во внимание, как внутренняя политика Ирака связана с зарубежным воздействием.

Выборы отчасти показали, как почти все поставлено на карту для местных и глобальных держав, при всем этом некоторые боятся, что новое поколение иракских политиков, которое может быть показаться по прошествии голосования, может иметь большущее воздействие на будущее политическое направление региона.

Если прошедшее является наилучшим ориентиром и если не будет суровых изменений, которые способны поменять внутреннюю линию движения Ирака, местные центры силы будут как и раньше всецело привлечены к Ираке, обеспечивая растущие интересы в окружённой стране.

Один из главных интересов зарубежных игроков — личность последующего главу правительства Ирака, пост, который находился под вне поля зрения властей за границами Ирака с того времени, как начались переговоры о преждевременных голосовании в 2019 году, невзирая на попытки воздействовать на формирование последующей иракской администрации.

Тогда как Иран, сохраняющ?? решающее воздействие на собственного западного соседа, остается серьезным участником, предвидится, что США, ЕС и главные местные державы будут продолжать отстаивать свои идеи и интересы в Ираке.

Похожие статьи

Кнопка «Наверх»