Аналитика

Феминизм и иные « преступного деяния против населения земли» — мнение

Самый соответствующий, наверняка, парадокс современной политики — перенесение «центра масс» политической борьбы из финансовой сферы «производства продуктов и услуг», в сферу конкретного «производства человека». Сейчас фактически забыли о «классовой борьбе» и не говорят уже об «эмансипации пролетариата». Сейчас заместо «пролетариата» прогрессивные политики и общественники хлопочут об «эмансипации дам», в индивидуальности об их «праве на аборт», о окончании «домашнего насилия» и «ЛГБТ-обществе». Практически, конкретно будущее семьи, как главной формы воспроизводства людского рода и фундаментального цивилизационного института, становится главный политической неувязкой и основным аспектом разделения на «левых» и «правых», на свободолюбивых демократов-прогрессистов и консервативных врагов «свободы и гражданских прав».

Более калоритные примеры данному лишь за несколько последних недель — это реакция байденовской администрации и американской, и мировой «прогрессивной общественности» на принятый в Техасе закон об ограничении абортов; не прекращающиеся попытки, сейчас уже и в форме решении Европейского Парламента навязать Рф однополые браки либо «наказать» Венгрию за ограничения ЛГБТ-агитации; неизменное давление ЕС на Польшу за рвение ограничить аборты. Становящаяся всё больше агрессивной борьба за «эмансипацию и равноправие дам», уже издавна перебежала грань, за которой начала преобразовываться в свою противоположность и угрожать самому существованию института семьи.

Данная борьба, как понятно, стала официальной целью появившегося в 19 веке движения феминизма. В наше время, равноправие дам, в большинстве государств — издавна свершившийся факт, закрепленный в Конституциях и разных законах. Однако достижение обозначенной задачи никак не приостановило феминизм. Наоборот, в течение 20-го века он, «размножаясь почкованием» послужил, собственного рода, идейной матрицей для разработки и продвижения «сопровождающих учений»: «сексуальной революции», «ЛГБТ-общества», «теории гендера», «чайлд-фри» и иных «социокультурных нововведений», которые были направлены на «освобождение» человека от природно обусловленных половых различий.

И к началу 21 века, феминизм, в разных собственных проявлениях, стал одним из главных причин в публичной жизни всех государств «Вольного мира». Его победная поступь изменила «лицо» Западного общества. Обычным стало пребывание дамы на самых больших муниципальных постах, — президентов, премьер-руководителей Министерств, руководителей Министерств. А о не поддающемся подсчёту числе дам-депутатов, «законодательниц всех уровней» не стоит и говорить. Сейчас уже тяжело изумить главой Минобороны, который находится (находящейся?) «на сносях» либо руководителем страны и по совместительству, кормящей мамой, которая прибыла (прибывшим?) для выступления с трибуны ООН с трёхмесячным ребёнком на руках. В общем, в наше время, лицо «коллективного Запада» приобрело, быть может и не чрезвычайно симпатичные, и не постоянно просто идентифицируемые, но всё-таки, быстрее дамские, чем мужские черты.

Победив в западных странах, феминизм борется сейчас за освобождение «дамы Востока». Даже талибам* в Афганистане предписано «инклюзировать» в правительство дам. Без этого пусть не уповают на снисхождение «Международной общественности». Типично, что конкретно переживания за будущее афганских дам «под талибами» были главной предпосылкой «рыданий» глобальных средства массовой информации при освещении афганских событий. Пример Афганистана, таким образом, еще раз продемонстрировал, что сейчас феминизация общества, является политическим императивом и важным аспектом «прогрессивности и цивилизованности» в принципе.

Потому не приходится изумляться, что не лишь в западных странах, да и в большинстве остальных государств считается неплохим тоном часто предоставлять отчеты о проценте дам, которые занимают руководящие кресла и с одушевлением доносить о различных достижениях на ниве «женской эмансипации». И официальная политика — это ещё далековато не всё. И, наверное, даже, не самое основное. Важнее другое, — «мягенькая сила» феминизма наводнила не лишь свою родную «элитарную культуру», да и фактически всю сферу массовой культуры. С телеэкрана, — этого головного «воспитателя» масс, — не сходят нескончаемые телесериалы, с героинями-начальницами: бизнесвуменшами и милиционершами, умницами- красавицами, отлично обходящимися без «штампа в паспорте» и удачно руководящими подчинёнными-мужчинами, которые нередко оказываются такими недотёпами, много уступающими своим начальницам не лишь в профессионализме, да и в уме, и в «морально-волевых» качествах. В общем, массивно тиражируются такие «стальные леди» Мценского и остальных «уездов», в хоть какой форме и на хоть какой вкус. И не принципиально, что все эти «телесаги» фактически не контактируют с реальностью. Ведь их цель не «отражать», а создавать её. А с иной стороны гуляют по экранам персонажи легитимных мужей, — недалёких слабаков, нытиков, сидячих на жениной-женской шее либо деспотов, которые мешают раскрыться дамским талантам и занимающихся, притом, «домашним насилием». Все эти образы сильно отлично знакомы пользователям российских телесериалов. Усилия работников телевидения дополняются нескончаемым потоком печатной продукции — «женскими романами» и «женскими журналами», которые рекламируют таких же героинь. И, конечно, все мы должны аплодировать достижениям наших девчонок-штангисток, девчонок-боксёрок и в принципе всех девчонок, сражающихся за честь государства на спортивных аренах.

ЧИТАТЬ ТАКЖЕ:  «Сербский Алексей Навальный» гастролирует в столице России в розыске благотворителей — мнение

Разумеется, что такая широкомасштабная, лезущая практически изо всех щелей, крипто-пропаганда феминизма не может оставаться без последствий. И она вправду даёт итог. Причём не лишь тяжело ощутимый «идейный», да и полностью тривиальный, определенный итог. Он, фактически, отлично известен. Кроме реализации контрольных процентных характеристик расположения дам на руководящих постах, победа феминизма принесла Западному обществу в официальном порядке признанную страной профессиональную услуги сексуального характера («все права защищены»), лавинообразный увеличение числа абортов, разводов и «матерей-одиночек». И лавинообразное же понижение рождаемости до уровня существенно ниже обычного воспроизводства. Другими словами, практическим результатом торжественные мероприятия феминизма стала деградация семьи и депопуляция, — «сокращение» жителей, при этом довольно резвое по историческим меркам.

Усадив тысячи дам в руководящие кресла, феминизм вынул миллионы, «освобождённых» от «домашнего рабства» дам, на «рынок труда», где «эмансипированная» дама может совсем свободно «продавать свою рабочую силу», оказывать различного рода услуги, также «интимного характера». И феминизм нимало не беспокоит то, что, освободив даму от необходимости «вытирать сопли» своим детям и «подбирать носки» за своим супругом, он практически выслал её «вытирать сопли» чужим и убирать «места общего использования» на вокзалах и в торговых центрах. Ведь это всё итог «вольного выбора» «вольной дамы». Феминистская «эмансипация», таким образом, на самом деле, оказалась «освобождением» дамы от семьи и от деторождения, которое, благодаря феминизму, перевоплотился из естественного, природного назначения дамы в её «право», в принципе, — в «дело вкуса», «личного выбора». Кто-то (если нет никаких талантов) рождает детишек, а кто-то (с талантами) занят «самореализацией», делает трудовую деятельность и «повсевременно развивается».

Однако феминизм не попросту «околпачивает и развращает». Защищая даму от «дискриминации» (со стороны мужчин, очевидно, так как кто же ещё может дискриминировать дам), освобождая её от «классической семьи» и «обязанности» деторождения, он, вместе с этим, становится ещё и массивным фактором провоцирования социальной напряжённости и вражды в обществе, инициируя «борьбу полов», — новейшую реинкарнацию духа «классовой борьбы». И, основное, — сейчас феминизм, в собственной исполнения на практике оказывается важным фактором «подталкивания» рода людского к «свободно избираемому» сокращению-гибели. Это — конкретно наблюдаемый, статистически удостоверяемый эмпирический факт.

Называя вещи своими именами, приходится потому сообщить, что феминизм, как система мыслях и практических действий, которые способствуют, критичному понижению деторождения и «стиранию» коренящихся в природе человека физиологически обусловленных, соц и психических различий меж полами, является ничем другим, как формой геноцида. Преднамеренного либо нет — иной вопрос. И тут, ничего принципно не меняет то, что феминизм, — это, собственного рода, крипто-геноцид, мягенький, «ненасильственный» геноцид «с человечьим лицом». Тем паче, что его «ненасильственность», в наше время, вообщем, всё больше «относительная», с лихвой «возместится» его тотальностью. Геноцид, который осуществляется феминизмом, в отличие от остальных форм, ориентирован не на какую-то определенную общность (что, к слову, и помогает ему «маскироваться»), — этническую, социальную либо религиозную. Это конкретно полный геноцид. Он «уменьшает» не ту либо иную цивилизацию, «конфессию» либо класс, (к примеру, «ликвидирует кулачество»), а ведёт к «сокращению» людского рода как такого.

В силу этого, феминизм, по факту собственному, является тем, что в современном межгосударственном праве называется «преступлением против населения земли». Ну и в формально-юридическом отношении, его «действия» прямо подпадают под ст. 2 «Конвенции ООН о предупреждении преступлений геноцида» от 09. 12. 1948, которая относит к геноциду «меры рассчитанные на недопущение деторождения» и «причинение интеллектуального расстройства». И то, что подобные меры в выполнении феминизма (та же пропаганда «права на аборт» и масштабная раздача презервативов в качестве «гуманитарной поддержки» либо действие на психику, в индивидуальности детскую и подростковую, рассказами о «смене пола» и прямым запретом потребления понятий «мама» и «отец») направлены не на определённую «группу как таковую», а на всех без исключения, — «не зависимо от расовой, этнической, религиозной, половой» и всех иных «принадлежностей», может, разумеется, лишь ухудшить криминальный характер схожей идеологии.

И неплохо бы всем нам отдавать для себя отчёт в том, что пропаганда феминизма и «сопровождающих мыслях» не причастен не лишь к морали, да и к свободе и достоинству человека, как мужчины, так и, в индивидуальности, дамы. Это как раз приятный пример «добрых целей» ведущих в ад. Либо, если последнее слово кого-либо «корёжит», можно сообщить, — к окончанию рода людского.

Похожие статьи

Кнопка «Наверх»