Аналитика

Формат «3+3» приведет к усилению местной кооперации: мнение из Баку

Визит главы Министерство иностранных дел Ирана Амира Абдоллахияна в Азербайджан состоялся по приглашению азербайджанской стороны. При этом сходу после встречи министров иностранных дел 2-ух ужас в Исламабаде, Джейхун Байрамов позвал собственного иранского сотруднику в Баку. По результатам приезда, глава иранского МИД сообщил про то, что «государства открывают новую страничку в отношениях».

Об результатах приезда руководителя МИДа Ирана в Баку, в беседе EADaily сообщил специалист политологии, руководитель Центра «За гражданская общественность» Рафик Исмаилов.

— Как вы оцениваете результаты первого приезда главы Министерство иностранных дел Ирана Хосейна Амира Абдоллахияна в Баку? Как они были продуктивны для государств? Можно ли сообщить, что напряжённость меж 2-мя государствами совсем преодолена?

— В протяжении последних нескольких месяцев можно следить резкое изменение вектора в ирано-азербайджанских отношениях. Разумеется, что напряженность во отношениях 2-ух государств сменяется прохладным прагматизмом. Конкретно этим можно разъяснить неразговорчивую позицию Ирана по военному обострению на азербайджано-армянской границе в ноябре текущего года. А ведь еще не так давно Иран играл мускулами на границе с Азербайджаном.

Вероятнее всего, бессчетные встречи на различных уровнях, которые состоялись в течение последних нескольких месяцев, не лишь занесли определенность во все спорные вопросы в отношениях 2-ух государств, да и выводят их на отменно новый уровень взаимодействия.

Повестка ирано-азербайджанских отношений обхватывает широкий диапазон вопросов, которые представляют обоюдный интерес. Судя по достигнутым соглашениям — в частности по предоставлению Баку карт-бланша на разработку спорных месторождений на Каспии и предоставлению Тегерану безналогового проезда для иранских грузовых транспортных средств, стороны обнаружили точки соприкосновения, которые не словестно, а на самом деле выводят азербайджано-иранские отношения на стратегический уровень взаимодействия.

Броско и то, что иранская сторона на обсуждениях с Баку закончила выражать беспокойство по вопросам собственной безопасности, что гласит о возросшем доверии меж 2-мя государствами. На ближайшем шаге переговоров можно предсказывать подписание всеобъятных договоров, которые закрепляют и расширяющих заключенные соглашения.

— Министр иностранных дел республики Азербайджан сообщил, что Иран также станет частью «зангезурского коридора». Как это отвечает интересам Ирана? И пойдёт ли на это Тегеран, беря во внимание прошлые обращения иранских властей?

— Судя по предшествующим заявлениям иранских властей, открытие «зангезурского коридора» вызывало у иранской стороны опаски, которые связаны с появлением новых рисков, которые представляют угрозу безопасности исламской республики. Поэтому изменение риторики Тегерана сообщает про то, что Баку получилось уверить Тегеран в отсутствии каких-то угроз, которые вытекают из этого вопроса. Напротив, благодаря открытию «зангезурского коридора», Иран получает жд сообщение с Арменией через Нахичевань.

ЧИТАТЬ ТАКЖЕ:  Поближе к Европе и США: Китай планирует сделать армейскую базу в Атлантике

При этом, после открытия альтернативного и представляющего для Ирана огромную финансовую привлекательность транзитного маршрута собственных продуктов через Азербайджан, вопрос «зангезурского коридора» потерял для Ирана прошлую актуальность.

— Не так давно начал работу новый местный формат «3+3». Российская Федерация и Иран являются партнёрами в противостоянии на территории Сирии и выступают там на стороне Башара Асада против Турции и поддерживаемых ею группировок. Может быть ли продолжение российско-иранского союза в данном формате против тандема Турция-Азербайджан?

— Не стоит как проецировать отношения этих государств, которые связаны с сирийским вопросом на регион Южного Кавказа, так и драматизировать их. Невзирая на определенные противоречия по Сирии, положение дел показывает договороспособность 3-х государств по критичным моментам на этой географии. Касательно формата «3+3», то разумеется, что он представляет обоюдный интерес для государств региона, сначала, в финансовом отношении. В политическом же смысле, он нивелирует вмешательство в местные вопросы, и, сначала, в вопросы безопасности, вне-местных сил.

О каких-то местных противоборствующих тандемах в данном вопросе говорить не стоит. Напротив, этот формат приведет к усилению местной кооперации, а как следует, к сближению позиций местных игроков по различному диапазону вопросов финансового и политического характера.

— В пробном режиме начал работать новый транспортный коридор, соединяющий Персидский залив и Чёрное море: 1-ые иранские грузовые машинки пошли через Азербайджан в Грузию. Какие возможности у этого маршрута, и как он конкурентоспособен по соотношению с уже существующими, к примеру через Армению?

— Как, я уже подчеркнул, в итоге достигнутых меж Азербайджаном и Ираном соглашений, Иран получил безналоговый проезд для собственных грузовых транспортных средств через Азербайджан в Российскую Федерацию и Грузию. Этот маршрут практически запущен и соединит Персидский залив с Черным морем. Немаловажен и факт того, что он проходит в обход Армении, что в существенной степени уменьшает значение последней, как транзитной государства.

Положение дел, сплетенная с потерей Ираном интереса к армянскому направлению, ставит Ереван в очень уязвимое положение и делает перед ним опасности становления аутсайдером местного взаимодействия. Единственно верный выход из ситуации, по моему мнению, заключается в больше активном участии Еревана в формирующейся новой политической и финансовой местной конфигурации. Армения уже допустила стратегический просчет, отказавшись от предлагаемых ей в девяностых гг. возможностей местного финансового взаимодействия. Нельзя наступать на те же грабли.

Похожие статьи

Кнопка «Наверх»