Аналитика

Климат раздора: саммит ООН углубляет раскол меж «золотым млрд» и другими

Глобальный климатический саммит под покровительством ООН (СОР-26), который стартовал 31 октября в Глазго, еще до его открытия оказался не имеет шансов на успех тех задач, ставивш?? его устроители — самые богатые государства мира, прилагающие все огромные усилия по борьбе с переменами климата. Выработать единую позицию по климатической политике всех одних из самых крупных производителей парниковых газов — задачка заранее нереалистичная, а идти на взаимовыгодное решение с интересами развивающихся государств «золотой млрд» не очень готов. Непременно, принципиальным заслугой Запада в напористом продвижении своей климатической повестки уже можно признать то, что в числе ведущих экономик мира фактически не осталось погодных диссидентов, которые отрицают значимость этой темы. Однако определенные пути к достижению декарбонизации, вероятно, будут больше расходиться зависимо от общих финансовых стратегий некоторых стран и их альянсов. По крайней мере, заставить все наикрупнейшие государства мира принять на себя обязанности по декарбонизации к одному сроку — до 2050 года — уже не получилось.

Саммит СОР-26, непременно, был самым ожидаемым событием на самом высоком уровне 2021 года. Сначало Глобальный климатический форум было намечено провести в 2020 году, подгадав его к пятилетию с момента подписания Парижского климатического соглашения. Но в апреле прошедшего года, в разгар первой волны коронавирусной инфекции, было решено о его переносе на больше поздний срок, и за следующие 18 месяцев значимость климатической повестки в глобальной экономической системе выросла, как заявляется, драматически.

Интерес к теме часто подогревали не лишь кабинета министров некоторых государств, которые объявляли стратегические планы о декарбонизации собственных экономик к середине века, да и подобные компании, как ООН и Межгосударственное энергетическое агентство (МЭА), выступавш?? со все больше тревожными обращениями о рисках глобального потепления. К примеру, МЭА за некоторое количество дней до открытия встречи в Глазго сообщило, что для принципного убыстрения энергетического перехода нужно уже в данном десятилетии прирастить вложения в возобновляемые источники энергии (ВИЭ) и прочую зеленую инфраструктуру больше чем втрое, до приблизительно $ 4 трлн. По другому, считает агентство, глобальные природные трудности совсем станут необратимыми. В больше же длительной перспективе требуемый размер вложений в борьбу с ними в оценках различных специалистов измеряется десятками триллионов долларов.

Одной из основных интриг СОР-26 стал индивидуальный перечень глобальных лидеров, которые смогут добраться до Глазго, невзирая на длящуюся сильную эпидемию. Участие таковых фигур, как глава Соединенных Штатов Америки Джозеф Байден, руководитель ФРГ Ангела Меркель, сейчас уже в статусе и. о. (она прибыла в Глазго вместе со своим преемником Олафом Шольцем), президент Франции Эммануэль Макрон либо глава правительства Италии Марио Драги, не говоря уже о премьере Англии Борисе Джонсоне, вначале не подлежало сомнению — все эти политики, фактически, и являются первыми лицами глобальной климатической повестки. Однако еще за некоторое количество дней до открытия встречи стал ясно, что ряд лидеров главных государств за границами «золотого млрд» по тем либо другим причинам лично находиться на СОР-26 не будут. В числе их глава Российской Федерации Владимир Путин, глава Китая Си Цзиньпин и турецкий руководитель Эрдоган. Последний, как докладывают неофициальные источники, остался не удовлетворен мерами по обеспечению безопасности гостей, однако за некоторое количество дней до СОР-26 Турция все таки утвердила Парижское климатическое соглашение. Одновременно на открытии встречи в Глазго побывал глава правительства Индии Нарендра Моди, а в итоге СОР-26 почтили приездом около сотни руководителей стран.

Частично предпосылкой неявки ряда ВИПoв мог стать насыщенный график мероприятий на самом высоком уровне — всего за несколько дней до начала конференции в Глазго в Риме состоялся саммит G20 (G20), на котором у глобальных лидеров было довольно возможностей, чтоб высказаться на тему климата. Что и было изготовлено, и, как показали прозвучавшие обращения, ни о какой единой площадке практических действий G20 по климатическим трудностям речи нет и быть не может. В итоговом коммюнике встречи государств «двадцатки», на которые приходится восемьдесят процентов глобальных выбросов парниковых газов, содержались только очередные просьбы к «весомым и действенным действиям» по ограничению глобального потепления. Однако на уровне конкретики встреча только снова оголила разногласия меж the West and the Rest — Западом и всеми другими.

А именно, Джозеф Байден не утаивал собственного расстройства тем, что Российская Федерация и Китай не готовы идти на ужесточение своих погодных задач, как это уже сделали почти все западные государства, которые планируют декарбонизировать свои экономики к 2050 году. Китай еще в прошедшем году назначил, что собирается добиться «углеродной нейтральности» к 2060 году, и с того времени ни один раз повторял эти декларации, но поначалу ему еще нужно пройти пик выбросов, запланированный на неблизкий 2030 год. Российская Федерация тоже изучает 2060 год как «определенный ориентир», сообщил посреди октября в выступлении на Российской энергетической неделе Владимир Путин. Однако всецело встраиваться в предлагаемую Америкой и Европой парадигму энергетического перехода ни Китай, ни Россия точно не хотят. В общем обращении лидеров G20 говорилось только о «главный значимости» заслуги нулевого уровня выбросов «к середине века либо около сих пор» с обмолвкой, что животрепещущие национальные планы следует усилить «в случае необходимости». Но 2050 год как единая цель, которая рекомендуется ООН, в коммюнике обозначен не был.

Одной из принципиальных деклараций римского встречи стало обещание участвующих G20 закончить выделение денежных средств наружных проектов угольной энергетики. Одновременно график поэтапного отказа от угольной генерации в границах самих государств «двадцатки» утвержден не был, также были смягчены формулировки по снижению объемов загрязняющих веществ метана. Не была установлена и единая дата отказа от дотаций для ископаемого горючего в государствах G20 — прозвучало только абстрактное заверение, что участники «двадцатки» будут стремиться к данному «в ближайшее время».

Все это также вызвало возмущение западного крыла G20. «Нет никаких колебаний в том, что Канада, вместе с рядом остальных государств, предпочла бы больше твердые формулировки и поболее твердые обязанности по борьбе с изменением климата, чем остальные», — сказал по результатам римского встречи глава правительства государства Джастин Трюдо, один из более видных бойцов с глобальным потеплением. При этом, его усилия в данном направлении пока не очень впечатляющие: как проявили недавние анализа, с момента прихода Трюдо в руководству в 2015 году размер выбросов в нефтедобывающей отрасли Канады, остающейся одной из основных нефтяных держав мира, по меньшей мере не снизился. Однако Либеральная партия Канады, не так давно не очень уверенно выигравшая внеочередное голосование в парламент, не прекращает действовать по принципу «7 бед — один ответ»: в процессе собственной кампании в условиях возрастающей нефтедобычи Трюдо сообщил о новых планах ужесточения климатической политики.

ЧИТАТЬ ТАКЖЕ:  Мотивы и результаты террористического акта 11 сентября 2001 года: обсуждение результатов опроса

Однако все таки основным нарушителем спокойствия накануне СОР-26 стала Индия: за считаные дни до встречи от уполномоченных лиц её кабинета министров прозвучали выражения про то, что устанавливать даже приблизительную дату полной декарбонизации не имеет смысла. За коллег в Глазго пришлось отдуваться Нарендре Моди, объявивш??, что Индия все таки достигнет цели по нулевым выбросам — к 2070 году (действующему индийскому премьеру к данному времени на теоретическом уровне исполнится ровно 120 лет), а уже к 2030 году половина потребностей государства в энергии будет обеспечиваться за счет возобновляемых источников. Об усилении погодных задач заявил в Глазго и президент Бразилии Жаир Болсонару: если ранее его государство собиралась уменьшить выбросы парниковых газов на сорок три процента до 2030 года, то сейчас идет речь об их понижении на пятьдесят процентов.

Одновременно представители развивающихся государств, которые прибыли на СОР-26, и до встречи, и в день его открытия ставили сильно большое количество неловких вопросов перед «золотым млрд», на который как и раньше приходится большая часть глобальных выбросов. Главным пунктом претензий является недостающий размер вложений, которые развитый мир готов делать в борьбу с глобальным потеплением в государствах глобальной периферии. Крайняя при всем этом беспроигрышно апеллирует к произведенному еще в 2009 году обещанию богатых государств раз в год выделять на недопущение климатического кризиса в развивающемся мире $ 100 миллиардов в год (эта же сумма в виде «убедительного призыва» фигурировала и в Парижском климатическом договоре).

Но спустя десятилетие было установлено, что обещание не производится, однако размер погодных «отступных» все таки вырастает. В 2015 году, по данным ОЭСР, на сдерживание глобального потепления в беднейших государствах было направлено $ 44,6 миллиардов, а в 2019 году эта сумма составила уже $ 79,6 миллиардов. Однако так как темп негативных погодных изменений наращивается, а нерешенные экологические трудности мировой периферии только ухудшаются, её представители все почаще сообщают, что обещанных $ 100 миллиардов в год совсем недостаточно — «золотой млрд» должен давать на климат больше, уверенно больше.

«Могут ли на планетке быть мир и благоденствие, если одна третья часть мира проживает в критериях процветания, а две третьих сталкиваются с трагическими угрозами благополучию?» — поставила вопрос ребром в собственном выступлении в Глазго глава правительства Барбадоса Миа Моттли. «Средства, обещанные продвинутыми странами менее развитым государствам, — это не пожертвование, а плата за уборку» — эта формулировка из уст президента Малави Лазаруса Маккарти Чакверы стала одним из основных хитов первого дня СОР-26. По-видимому, это был 1-ый раз за чрезвычайно длительное время, когда малая африканская государство попала в топ заголовков глобальных новостных сообщений.

Нет колебания, что такие позиции поддерживают и иные развивающиеся государства под руководством Индией и Китайской Народной Республикой. Продвинутые страны должны не лишь делать больше, да и поддерживать развивающиеся государства, чтоб они добивались наилучших итогов, сообщил в собственном заочном обращении к СОР-26 Си Цзиньпин. Несмотря на то, что тут не вышло без накладок — Пекин уже сказал, что устроители встречи не обеспечили возможности для видеовыступления Си, потому ему пришлось ограничиться текстовым обращением. Притом в КНР желают обсуждать природные трудности в комплексе с иными принципными вопросами, к примеру по причине санкционных мер, которые США и Европейский Союз употребляют в отношении продукции из Синьцзян-Уйгурского района Китай, где делается существенная доля мирового поликремния — главного сырья для солнечных панелей, без которых глобальная декарбонизация навряд ли состоится. «Вы не сможете просить Китай уменьшить добычу угля, с одной стороны, и одновременно налагать санкционные меры на китайские компании, которые выпускают фотоэлектрическую продукцию», — сказал на пресс-конференции 2 ноября уполномоченное лицо китайского Министерства иностранных дел Ван Вэньбинь.

В конце концов, масла в огонь подливают природные участники во главе, очевидно, с Гретой Тунберг. Ранее открытия СОР-26 18-летняя шведка прибыла в Англию, присоединившись к акции у английского кабинета банка Standard Chartered, участники которой добивались, чтоб денежные университеты закончили предоставлять средства на проекты добычи ископаемого горючего. Сходу после чего Грета призвала собственных приверженцев подписать online-обращение к участникам СОР-26, которая начиналась со слова «измена»: экоактивисты все больше радикализируются, обвиняя политиков в бездеятельности. «Как жители этой планетки, мы требуем от вас принять вызов экстренной климатической ситуации. Не в предстоящем году. Не в последующем месяце. На данный момент», — сообщила Грета в твиттере.

Со собственной стороны, ВИП-участники встречи в Глазго в день его открытия тоже состязались вместе в сгущении красок. «Население земли издавна исчерпало время из-за изменений климата. На часах Конца света одна минутка до полуночи, и мы должны действовать на данный момент», — сказал собравшихся Борис Джонсон. «В буквальном смысле это наш последний вагон. Сейчас мы должны перевести красивые слова в еще больше красивые деяния», — также сказал наследник английского престола царевич Чарльз.

До окончания СОР-26 12 ноября таковых деклараций прозвучит еще много. Из предметных же решений пока необходимо отметить коллективную декларацию о необходимости приостановить глобальную вырубку лесов — на эти цели до 2030 года лидеры присоединившихся к ней государств хотят израсходовать $ 19 миллиардов. Однако основной вопрос — как приостановить растущее климатическое неравенство меж продвинутыми странами и всеми другими — пока повисает в воздухе. 1-ый же день встречи на одной площадке лидеров 2-ух миров показал, что разногласия меж ними только нарастают. Возрастающий уровень погодных амбиций одних раззадоривает денежные аппетиты остальных, и общий знаменатель в данной истории о 2-ух правдах пока не очень просматривается.

Похожие статьи

Кнопка «Наверх»