Аналитика

Международная политика «щедрых подарков» зашла в тупик — необходима ревизия: историк

EADaily не прекращает разговор с российским историком Олегом Айрапетовым касательно внешнеполитической проблематики на территории бывшего СССР. В первой части интервью разговор велся об Армении в контексте положения дел в Закавказье, которая сложилась по результатам 44-дневной войны в Арцахе (Нагорный Карабах).

Международная политика «щедрых подарков» зашла в тупик — необходима ревизия: историк

йОлег Айрапетов. Иллюстрация: kantiana.ru

— Олег Рудольфович, сейчас мы смотрим напряженность по всему периметру границ России — от Украины до Средней Азии. Какие её предпосылки и верно ли мы действуем в этих критериях?

— Я бы желал для начала сообщить, что в 2021 году в Российской Федерации отмечается 300-летие Российской империи и, по необычному такому совпадению, 30-летие сотворения России, 30-летие событий 1991 года, распада СССР. В общем, и та, и иная дата — круглые и приемлимым становится определенное подведение результатов.

И эти результаты для Российской Федерации в высшей степени печальные. Начнем с того, что вправду, как вы и сообщили, по всему периметру границ — от Украины до Средней Азии — налицо падение уровня воздействия и авторитета Рф. И естественно, свою роль сыграли действия прошедшего года, другими словами войны, которую вела Азербайджанская Республика против Карабаха и Армении.

В итоге победа республики Азербайджан налицо, как и налицо то, про что мы разговаривали в прошедшем году, — резкое усиление авторитета Турции. Желают это видеть в столице России либо нет, но победа Баку во большом количестве государств воспринимается как победа одной модели ведения войны и организации государства над иной. И эта тенденция проявилась не так давно на встрече стран тюркского мира в Стамбуле. Она явна.

В прошедшем году, когда шла эта война, мы говорили про то, что значение этой победы состоит в широком выходе Турции к Каспию и, следовательно, к Средней Азии. Фактически, в Анкаре этого рвения никто и не утаивал. При этом реализация такого рода планов будет иметь чрезвычайно суровые результаты для России. Так как, как говорят французы, аппетит приходит во время пищи. И данный аппетит в Турции очевидно наметился.

— А разве до последней карабахской войны у Турции не было выхода к Каспию через Грузию?

— Да, он был, но данный выход был все-же не этот гарантированный, не через подконтрольную по формуле «один народ — два страны» территорию. Грузия все таки не стремится к союзу с Турцией и уж тем паче к подчинению ей. Это очень различные культуры, и, не считая того, отношения меж ними омрачены наследием, которое не попросту преодолеть.

Эталон Тбилиси — это все-же какая-то посредническая, транзитная миссия, это колебание. Да, на данный момент Грузия располагается в близком взаимодействии с Турцией, но, как представляется, она все таки еще не часть сферы бесспорного турецкого воздействия и навряд ли ею станет в ближайшей перспективе. Это чрезвычайно принципиальный аспект. Конкретно потому я предполагаю, что с установлением точной прямой связи республики Азербайджан с Турцией значимость Грузии для Турции будет падать. Это совсем разумеется.

Мы часто обсуждаем Никола Пашиняна и говорим об особенностях армянского политического склада ума. Однако, чтоб было равновесие, давайте побеседуем об особенностях российского политического склада ума и про то, каким образом они отразились за прошедшие тридцать лет.

Начиналось все, мягко говоря, с не так чтобы трезвых рассуждений про то, что, чем больше все поломаем, тем резвее все естественно построится и возвратится. Потом начали рассуждать о либеральной империи. А при этом воз уже сейчас далековато не там. За эти тридцать лет Российская Федерация ухитрилась просто профукать и наследство Российской империи, и наследство СССР в бывших республиках Советский Союз.

Определенное представление про то, каким образом далековато и куда все пошло тут, может дать переход стран Средней Азии и Закавказья на латиницу. В текущее время это — лакмусовая бумажка, которая очевидно значит лишь одно: переориентацию на Турцию. В некоторых «партнерских» государствах за интервью, это российским каналам на предмет необходимости ориентации на Российскую Федерацию, уже дают настоящие сроки — и при этом немалые, как за убийство. Желающие могут направить взгляды на Казахстан.

А при этом создается воспоминание, что снутри Рф это никого не интересует. Скажу неприкрыто: по моему убеждению, культурная политика у нас в принципе издавна располагается в загоне. Наши государственные служащие , они — как гоголевский личный пристав. А тот, как понятно, «был большой поощритель всех искусств и мануфактурностей, но муниципальную ассигнацию предпочитал всему». «Это вещь, — заурядно говорил он, — уж нет ничего лучше этой вещи: есть не просит, места займет незначительно, в кармане постоянно поместится, уронишь — не расшибется». Подобные личные приставы и в личных вариантах, и в общих на физическом уровне не в состоянии осознать того обычного факта, что о стране судят не лишь по уровню организации коллективных пьянок под муниципальный праздничек.

Суть в том, что международная политика Россия на территории бывшего СССР в принципе сводилась к двум главным принципам. 1-ый принцип — это так именуемый разговор элит, верхушечный контракт. Другими словами Москва руководствовалась тем, что позиция масс не имеет никакого значения. Массы косны, ими можно манипулировать и с этой целью довольно контроля над ТВ и центральными средства массовой информации. Его обеспечивает руководящая вершина, а раз так — с ней и нужно договариваться. Насколько это возможно данный разговор стоит подкрепить и вещественно.

При этот схеме, которая, на самом деле дела, представляла собой вид несчастной «управляемой демократии», официальная Российская Федерация всецело игнорировала работу с публичными настроениями, ну и сами эти настроения тоже. При этом недооценка этого фактора была ошибкой, и сомневаюсь, что ошибкой, сознательной и в текущее время. А сначала 90-х — начале двухтысячных годов в почти всех республиках настроения были в большей степени пророссийскими. Феномен: конкретно поэтому, что они были такими, на него высочайше плевали государственные служащие России, которые работали в этих республиках. Ну вправду, по правде, для чего растрачивать время и средства на тех, кто и так ориентируется на наше государство?

И 2-ой момент, это применительно к Закавказью, применительно к Украине, применительно к Молдавской Республики, — это ставка на статус-кво, который сложился в предшествующие года. При этом совсем разумеется исторически, что ставка на сохранение статус-кво — это ставка слабейшей стороны, которой нечего предложить на будущее. Статус-кво обычно сохраняет та сторона, которая не имеет собственного своего видения, собственной своей схемы развития действий в том либо ином регионе. И вот Российская Федерация оказалась этот стороной, никак не являясь слабенькой и никак не являясь тем страной, которому нечего предложить своим партнерам. Однако Москва продолжала гнуть свою линию, пока её не поставили перед состоявшимся фактом — пациент быстрее мертв, чем живой. И сделал это сегодняшний заклятый неприятель, которому в свое время в большой степени посодействовали взобраться в кресло президента Грузии.

В 2008 году Российская Федерация была обязана отрешиться от принципа сохранения статус-кво, отчасти перейдя к ревизии имеющихся границ, в случае с Абхазией и Южной Осетией. При этом эта положение дел была парадоксальной. Российская Федерация не желала ничего поменять, но режим Саакашвили августовской войной практически принудил её это сделать. Саакашвили тогда действовал с какой-то садомазонастойчивостью, и ведь вправду — достигнул того, что даже у нас сообразили: времена изменяются и мы меняемся в них.

Сообразили. Решили по Абхазии и Южной Осетии и… тормознули. Что-то позже поменялось после 2008 года? Нет, ничего. Победа Януковича в 2010 году, в которую вложили много средств, породила призрачную уверенность в том, что бабло вправду одолевает зло, а ошибка в Тбилиси — это личный случай. И на данный момент, когда на дворе ноябрь 2021 года, на Украине празднуют начало государственного переворота на Украине, мы опять не вспоминаем систему верхушечной дипломатии и ставки на управляемые сверху процессы, которая с грохотом упала в декабре 2013 года в Киеве. А стоило бы вспомнить.

Вообщем, наши государственные служащие и дипломаты не очень различаются от тех, кто их критикует в Думе. Я сильно отлично помню, когда глава Российской Федерации собрал заседание тех, кто критиковал политику в отношении Украины, для того чтоб посоветоваться с ними, а что необходимо сделать. Там были и лица, отвечавш?? за эту политику. И все, что сумели предложить эти жириновские и зюгановы, — это дать Киеву больше средств. Вот, фактически говоря, и все. Три млрд, к слову, успели дать, до настоящего времени трудность с возвратом этого долга.

Другими словами люди глубоко убеждены в том, что сознание человека — оно полностью не оказывает влияние ни на что. И масштабное сознание тоже ни на что не оказывает влияние. Кончено, в которой-то степени можно сообщить, что масштабное сознание — величина регулируемая и манипулируемая. Однако, отказываясь от такого рода манипуляции, на какой в принципе итог можно рассчитывать? Вот 2014 год на Украине, ну и предстоящее развитие кризиса, продемонстрировали, что верхушечная дипломатия оказалась не в состоянии сделать в принципе ничего.

Показатель этого бессилия — тот обычный факт, что «Русскую весну» в Донецке возглавили люди, которые не имели никакого отношения к той же Партии регионов, которая обязана была стать основой двухпартийной системы контроля над политическими действиями на Украине, а стала по факту провокатором Майдана. 2013 и 2014 годы — это был полный, системный провал российской политики, которая десятилетиями проводилась на Украине черномырдиными, зурабовыми и т.д.. Которая была основана на диалоге, который был основан на обоюдных интересах.

Что подобное длительное время была российская политика на Украине? Это различного рода спекуляции на рынке газа и средств, которые выходили от того, что часть этого газа терялась при перевозке. Это ни для кого не составляло секрета. И в данном процессе имели свои интересы не лишь всякие там тимошенки и ющенки, да и почти все персоналии с российской стороны. Фактически говоря, это и был тот разговор элит. В процесс были вовлечены 10-ки млрд долларов, и люди были уверены, что этот большой капитал, как заявляется, все переломит. А он взял и не переломил!

— А у Рф было, кроме ресурсов, осознание действий, также нужные технологии, чтоб сделать работу на Украине на низовом уровне?

— Самое основное, осознания действий не было в принципе! Даже на йоту. Кроме того, я не вижу этого осознания действий и на данный момент. У Рф представление про то, что договоримся на данный момент с руководителем, с большими делягами, которые там всем рулят, и все перестроим там, будем иметь общие дела и общие интересы и на данном договоримся. Однако вот не выходит! После Украины аналогичное, просто один к одному, случилось в Молдавской Республики и в Армении. Ну и Республика Беларусь в прошедшем году показала, как стремительно положение дел выходит из-под контроля.

ЧИТАТЬ ТАКЖЕ:  «Большой разговор» Лукашенко: Украина, Российская Федерация и власть в одном флаконе

Чрезвычайно популярен в Российской Федерации роман братьев Стругацких «Обитаемый полуостров», где научные работники на дальной планетке сделали механизм, регулирующ?? эмоции людей. Это башни, выделяющ?? особенного рода излучение и таким образом можно манипулировать чувствами людей. Однако какими бы сильными ни были эти технологии, нельзя голодному человеку внушать чувство сытости. Это может привести к срыву психики с неожиданными результатами.

Если вы строите «управляемую демократию», держите под контролем парламент на базе двухпартийной системы, а Российская Федерация пробовала строить нечто схожее и на Украине, и в Армении, делая парламентскую представителей оппозиции управляемой, вы вольно либо невольно ложите необыкновенную ответственность на исполнительную власть. Она не может терять начинание в очах общества. По другому выйдет, что парламент перестает быть в принципе какой-то отдушиной для протестных настроений, они скапливаются и в какой-то момент в политику приходит улица. И тут очень принципиально, имеется ли у вас хоть какие-то остальные структуры — даже не политические, а культурные, которые дозволят векторировать данный процесс, направлять однако бы развитие недовольства в сторону от тебя.

Я сообщу, что на Украине их даже никто не пробовал сделать. Так же как в Армении, так же как в Молдавской Республики и так же как в Республики Белоруссия. Так как фактически всюду местные режимы с более оголтелой националистической частью собственной оппозиции уславливались методом передачи им того, что с их точки зрения значения не имеет, — образования и культуры. Тут огромных средств нет, ну какая разница, чему и кто этих подрастающих баранов будет учить в школе? А позже из этих школ и институтов выходит молодежь, которая готова дохнуть и убивать для какой-то мысли и свергает эту партнерскую для нас власть.

— А противодействие со стороны элит этих государств такому вмешательству Рф в культурные и образовательные процессы разве не оказывалось режимами примыкающих государств? Разве они бы дали возможность Москве развивать такую работу на низовом уровне? Этот же Лукашенко, к примеру!

— Во всяком случае на данный момент они бы запретили. Я просто не представляю для себя возможность этот работы, сообщим, в Одессе. Однако в девяностые годы и сначала двухтысячных эта возможность очевидно была. Однако никто даже не решал таковых попыток. Я знаю о единичных попытках в нескольких республиках, которые пресекались по просьбе некоторых, выскажемся так значимых, компаний. Однако здесь есть масса устройств, позволяющ?? сделать эту работу снаружи полностью невинной.

Однако самое основное — культурные и научные контакты по собственной природе носят политический характер, просто наше российское чиновничество не может это осознать, оно просто физиологически и интеллектуально не в состоянии это осознать. И уж точно, оно не умеет этим заниматься. Исполнитель, который живёт, согласно мнению СалтыковаЩедрина, рылом к верху, не может направить собственный взор по сторонам и уж тем паче вниз. Легковерно ждать этого от чеховских, щедринских и гоголевских персонажей.

— Российскому чиновничеству решить бы трудности в системе российского образования, до того как налаживать научные проекты в сопредельных государствах…

— Да, согласен. И последующий момент тоже очень принципиальный. Важнее, чем любые научные и культурные контакты. Российская Федерация за эти тридцать лет так и не смогла понятно сконструировать, чего, фактически говоря, она желает на данном самом постсоветском пространстве. Какой мир она желает завтра выстроить? И на каких критериях в данный мир по российским лекалам могут и должны войти бывшие республики? Этого видения нет у Рф.

— А может, нет самой задачи вовлечения примыкающих республик к какой-то новый мир по российским лекалам?

— Как раз это я и желаю сообщить. Конкретно поэтому, что этого видения нет, это одна из обстоятельств, что ни в какой из бывших республик СССР не появилась ни мощная сама по для себя какая-то партия, ориентирующаяся не на Российскую Федерацию и вхождение в её состав, а однако бы развитие связей с Российской Федерацией, ни какой-то даже авторитетной некоммерческого объединения с теми же ценностями. Из чего можно сделать совсем тривиальный вывод: самой Рф это не надо.

И когда данный вывод начинают делать некоторые господа, которые были наши соотечественники в бывших русских республиках: если мы не необходимы для вас, если будущий день Российская Федерация выстраивает без нас, то нам необходимо находить собственный свой выход, своё решение своих вопросов. Тогда спасение утопающих — дело рук самих утопающих. Если Российская Федерация не видит себя владельцем положения завтра, то, следовательно, нужно найти тех, кто этим владельцем будет.

Применительно к той же самой Армении в Закавказье ставка на статус-кво сопровождалась к тому же концепцией равноудаленности. Я в свое время говорил и на данный момент повторяю, что равноудаленность ведет к равноотдаленности. Всюду и постоянно. В этом случае эта закономерность всецело подтвердилась и в Закавказье. Российская Федерация не стала другом республики Азербайджан, продавая ему в огромных масштабах технику, которую Баку употреблял в войне с Арменией. И не стала другом Армении, продавая ей технику по ценам, выскажемся так, еще больше дешевле рыночных. Данная игра вышла в высшей степени пораженческой. Ну и как могло быть по другому, когда, с одной стороны, вы вооружаете союзника государства, которая, мягко говоря, располагается с вами в полуконфликте. А с иной стороны, балансируете на грани военного столкновения. Как это разъяснить? Обилием башен?

В какой-то момент, но возникают люди, начинающ?? говорить: если для вас не необходим партнер и партнёр в лице Армении, она является нескончаемо малой величиной, с которой не следует считаться, то, фактически говоря, нужно так и сообщить. Пусть армяне сами решают, как жить далее. Какое, в конце концов, это имеет значение, если они нескончаемо небольшая величина? Кого тогда тревожит, покончит эта величина с собой либо нет?

Ну и если самое принципиальное — это бизнес, то делайте бизнес с Азербайджаном, у него огромные средства, огромные возможности. О чем речь? Все другое вторично и обсуждать тогда нечего. Однако когда вы будете делать этот бизнес, завтра появится вопрос, а что будет, если Турция всецело поставит под контроль Закавказье? В котором положении будут находиться ваши свои границы по Кавказу? Вы убеждены в их стабильности на данный момент? Какими они станут завтра?

Когда Российская Федерация приходила в Закавказье, а началось это с присоединения Восточной Грузии при Александре I, в то время как раз шла речь о том, что, если тут все упадет, не остается ни 1-го христианского страны, тогда Турция укрепится тут на Кавказе и российские владения за Кавказом окажутся в чрезвычайно нехорошем положении, под страхом. При Александре I это соображали. Ну сейчас, когда идут дискуссии про наше имперское прошедшее, про имперские традиции и их уже не клеймят имперскими амбициями, то, наверняка, это прошедшее нужно учить, знать, что там происходило. А там всякое было — и не плохое, и нехорошее. И также хорошо бы поглядеть, что привело в тот либо другой регион Российскую Федерацию и почему? И это стоит сделать до этого, чем решать, как из этих регионов уходить. Так как та же самая история учит, что, раз начав уходить, трудно тормознуть при передвижении. И, когда вы ищете ответа на вопрос — откуда, не запамятовывайте держать в голове про как и куда. Напомню, что когда начали уходить в 1991 году из ФРГ, навряд ли кому-то виделось в дурном сне, что появится положение дел, когда Североатлантический Альянс окажется под Харьковом. А почему? Поэтому, что про это не думали. А стоило бы.

Я опять говорю: в этом случае идет речь о российских интересах. Мы ранее критиковали господина Пашиняна. Однако данный случай как раз менее увлекателен. С ним-то как раз все ясно — это гений армянского народа, рожденный с той целью, чтоб показать неправоту самого Наполеона. Правитель рассказывал, что история повторяется, один раз как катастрофа, иной — как фарс. Пашинян решил, что под его управлением будет все напротив. Он решил начать с фарса, а кончить катастрофой. Он начал с фиглярства, а окончит тем, что запутает все в собственных интригах. И сам в них же и потонет. Ясно и так — «ни колаша, ни двораша».

Однако, приемлим, армяне избрали для себя этого фигляра, граждане Украины — клоуна, но почему из всех искусств для нас важнейшим стал данный нескончаемый политический цирк? А ведь показатели совсем не забавные — полный провал на Украине сделал аховую положение дел для Российской Федерации и на Черном море, и на южном направлении. В дальнейшем — опасность безусловной утраты контроля над развитием событий в Республики Белоруссия и в среднеазиатском регионе.

Явна закономерность: с 2008 года кризисы на территории бывшего СССР стают постоянными. Больше того — они имеют направленность к убыстрению. Это значит, что процесс выходит из-под монопольного воздействия города Москва. А это значит, что Москве пора озадачиться про то, что составляет базу её политики на пространстве СНГ. К примеру, кто-то считает, что в случае конфликтной ситуации механизм ОДКБ начнет работать? Что Казахстан и Киргизская Республика будут защищать Российскую Федерацию в Европе либо даже выступят на её стороне в случае столкновения с Турцией либо Польшей?

— ОДКБ сейчас тяготит саму Российскую Федерацию…

— Так и есть. Так как она нагружает нас целым рядом обязанностей, не давая ничего взамен.

— Как действовать на данный момент, Олег Рудольфович?

— Я умеренный историк, я же не работник администрации президента либо Министерство иностранных дел. Наверняка, действовать необходимо по-иному. Так как вот этого рода политика зашла в тупик. Быть может, на каком-то шаге развития она и была осмысленной, так как давала возможность передышки. Однако положение дел изменяется. В общем, как говорили в экстренных ситуациях в Риме, Caveant consules, ne quid respublica detrimenti capiat — «Пусть консулы будут бдительны, чтоб республика не понесла какого-нибудь ущерба!»

Похожие статьи

Кнопка «Наверх»