Аналитика

«Не спугнуть»: Турция влезает в Афганистан

Годом ранее мы писали: «Полностью может быть, что последние отделения армии США будут выходить из Афганистана без боя. Под саркастическими взорами в коридоре безопасности. Как с планетки Пандора». С 1 мая США и партнёры вывели примерно 50% контингента, а «Талибан» (движение запрещено в России) захватил приблизительно 40 уездов: на большей части территории государства власти задерживают лишь центры регионов. И здесь выходит Эрдоган в белом фраке с блёстками. Ну… так задумано.

Источники из армейских кругов WSJ подразумевают, что после вывода вооруженных сил Соединенных Штатов правительство в Кабуле может выдержать до 6 мес. Похоже, источники не знают, как практически в течение 1-го дня «в условиях общего здоровья» предавались и свергались прежние афганские режимы. Начиная со отстранения короля Захир-шаха его кузеном Мохаммедом Даудом и дальше по наклонной примерно 50 лет. При этом последние 20 никак не были исключением, просто «перераспределение власти» из-за которого ранее сносилась половина Кабула, сейчас оформляется в кабинете главы посольства США. К примеру, меж президентом Ашрафом Гани (пуштуном) и главой Высшего совета по национальному перемирию Абдуллой Абдуллой (таджик). Мир даже не увидел того, что после голосования за выборах президента-2019 бюллетени (а отдало свои голоса десять процентов граждан) подсчитывались пол года, и в марте 2020-го торжественную инаугурацию провели… два «легитимных президента Афганистана». Это так, реплика в сторону про успехи демократизации Афганистана за два десятки лет.

Или утечка разведывательных сведений о «живучести» кабульского кабинета министров сроком в шесть месяцев это отчаянная попытка выиграть однако бы несколько недель. Судя по жадным данным о обсуждениях прежде всего военных органов США и Турции, следовательно глав минобороны Ллойда Остина и Хулуси Акара, Турция может взять на себя роль посредника, и не на каких-либо обсуждениях в Стамбуле либо Дохе, а оперативного, конкретно «на земле». Может быть, конкретно это подразумевал Остин, говоря о «сохранении дипломатического пребывания в Афганистане». Однако заявление необычное, ведь Остин не государственный секретарь, а четырехзвёздный генерал, о какой дипломатии речь?

Заавесь приоткрывают средства массовой информации Турции и сам Эрдоган, очень словоохотливый там, где речь входит о величии наследницы Османской империи. 15 июня после встречи с Джозефом Байденом на встрече стран участников НАТО в Брюсселе турецкий лидер сообщил, что готов взять под контроль аэродром Кабула, если США окажут ему «дипломатическую, вещественно-техно и финансовую поддержку». Или намеком, или обмолвкой прозвучала и идея обеспечить безопасность и самого Кабула. По крайней мере, «зеленой зоны» — правительственных районов. Администрации ничего не оставалось, как удостоверить через двое суток существование соглашений. Для чего-то дополнив, что США к тому же военную поддержку с воздуха будут оказывать.

Вообщем, без «защиты» Кабула и не обойтись. Защищаться будет не авиационная база Баграм в полусотне км от Кабула, а аэродром имени Хамида Карзая расположенный в черте города в 5 километрах от центра, то есть создание многокилометровой зоны безопасности исключено. «Неприступная крепость» снутри пятимиллионного города дает обещание много увлекательных сводок. Кроме того, уставов никто не отменял, и держать под контролем аэродром в процессе своей эвакуировании американцы не попросту могут, да и должны сами. Речь очевидно идет о кое-чем большем. Аэродром для аэродрома — ничто. И 19 июня министр иностранных дел Афганистана Ханиф Атмар довольно ясно обрисовал «мандат» турецких военных:

«Это будет принципиально для дипломатического общества в Кабуле, также для интернациональной поддержки Афганистану».

«Защита аэродрома» значит защиту коммуникаций, грубо говоря, маршрутов транспортировки того, что в аэродром прилетает и из него вылетает, также инфраструктурных объектов обеспечения: объектов энергетики, водоснабжения и т. п. В какой-то момент, приходится делать исключения и брать под защиту остальные объекты и территории просто для «наилучшей защиты того, что защищается». Однако конкретно так постоянно и всюду начинается «обострение пребывания», интервенция. Постоянно и всюду. По крайней мере, это задачка не для 2-ух-четырехтысячного контингента, о котором мимолетно сообщалось. При этом, формируется и нечто вроде новой альянса: в союзном Турции эмирате Катар будет организована база для подготовки афганского сил спецназначения.

Москва молчит. Не считая выражения общей озабоченности, в том числе в связи с прорывом талибов к афгано-таджикской границе в районе ККП «Шерхан-Бандар». И очевидно с её неразговорчивого согласия некую поддержку США, Турции и кабульскому кабинету министров в это время дали обещание Казахстан («стратегическое сотрудничество и обеспечение безопасности»), Узбекистан (подключение к посредничеству меж Кабулом и «Талибаном») и даже нейтральный Туркмения (также посредничество и финансовые проекты). Сдержанную позицию, такую же российской, показывают Пекин и Тегеран. Если кто-то представит, что Эрдогана завлекают, то сделать возражение на это будет трудно.

Почему трудно? Отношение Рф к возросшей активности Турции в Закавказье и в Центральной Азии отлично понятно. Однако, сторонам удается сохранять видимость партнерских отношений. То же можно сообщить об Иране, но у него в Афганистане есть уже «кровный интерес» — шииты, которые 20 годов назад были поставлены талибами перед выбором: отказ от «неверного» ислама либо погибель. Шииты Афганистана, составляющ?? примерно 100% «пехоты» иранского корпуса в Сирийской Арабской Республике (стоимость иранского гражданства). «Шиитский клин» от границы Ирана тянется практически до Кабула: хазарейцы монгольского происхождения в центре государства и так называемые парсеваны Герата — народы различного происхождения (таджики, пуштуны, тюрки-чахараймаки) исповедующие шиитское направление ислама; для всех них к середине 20 века и главным языком стал даруй (афганский вариант фарси).

Касательно КНР, то тут о партнерских отношениях с Турцией речь совсем не идет: риторика Анкары в защиту уйгуров Синьцзяна очень подпортила двухсторонние отношения. Два года назад Министерство иностранных дел КНР назвал турецкие обращения «очень мерзкими». В китайском дипломатическом лексиконе такая реакция — предупреждение о возможности порвать дипломатические отношения. Но повторим, сейчас Москва, Тегеран и Пекин молчат. Может быть, искушение щелкнуть Эрдогана по носу очень велико.

ЧИТАТЬ ТАКЖЕ:  Революция в Республики Белоруссия — «горячей весны» не будет

«Не спугнуть»: Турция влезает в Афганистан

Максимально облегченная этно-религиозная схема Афганистана

Мы упустили «одну небольшую деталь» — позицию «Талибана». А она не поменялась: «Ни 1-го зарубежного бойца на земле Афганистана!». Кроме того, еще в мае месяце управление движения сообщило, что расположение баз США на территории примыкающих стран «недешево им обойдется». При этом, талибы никогда не ограничивали себя формальными определениями и относят к соседям всю Центразию, Ближний Восток и Индийский субконтинент (но почему-либо нередко запамятывают Китай). Министерство иностранных дел Пакистана отнесся к предупреждению серьезно и здесь же не подтвердил заявление Министерства обороны США о будто бы готовности Исламабада предоставить базы. «Розыск баз — это быть может их желание, — сообщил министр иностранных дел Пакистана Шах Мехмуд Куреши. — Нельзя и говорить о предоставлении им наших баз, мы должны хлопотать о собственных интересах». Удобная логистика для Соединенных Штатов и Турции не ожидается. Удобная и надежная, но не такая, которая быть может вдруг отключена щелчком пальцев.

Самое время прийти к выводу про то, что Турция влезает в капкан и произнести фразу, которая приписывается Альберту Эйнштейну:

«Лишено смысла продолжать делать аналогичное и ожидать остальных итогов».

Однако есть аспекты. Эрдоган может одолеть. Либо, выскажемся так, переформатировать афганский конфликт таким образом, что выиграют практически все. У турецкого лидера достаточный инструментарий для заслуги данной задачи.

1-ое преимущество — наличие «этнической базы» — узбеков северных регионов, во главе, наверное, с самым броским политиком, остающимся в политической обойме Афганистана с конца 1980-х годов. Маршал Абдул Рашид Дустум — откровенный и надёжный партнёр, товарищ и брат коммунистов, радикалов, Северного Альянса, талибов, Североатлантический Альянс, нередко по нескольку раз и в необычной последовательности. Если что-то шло не так, набирался сил в Анкаре либо Ташкенте, знакомом еще по русскому военному училищу. Да, у Советского союза как бы тоже была «этническая база», но она нивелировалась идейной. Это ощущалось даже в разговоре с бойцами ДРА: шурави, российские это одно, а те, что с схожими именами и соображают язык, но даже молитву не могут произнести, это другое — не шурави, а «отступники».

2-ой козырь — способности самого Эрдогана в исправлении «неловкой демографии». Захваченные турецкой армией районы северной Сирии стремительно соединяются с Турцией политически и экономически. Не лишь давным-издавна арабизированные туркоманы либо черкесы, да и арабы и даже курды (!) Африна просто утверждают о собственных «турецких корнях». «Не мы подобные, жизнь такая». Вы будете смеяться, но согласно новым изысканиям турецких историков, как минимум миллион ливийцев тоже потомки янычаров: 360 лет в Османской империи не шуточка. Отсюда получается, что заместо 4 узбекских регионов могут показаться все 8 до «пригородного» кабульского Парвана с авиационной базой Баграм. Задачка облегчается тем, что узбеки и таджики проживают чересполосицей и не лишь узбеки обладают даруй, да и таджики Балха, Кундуза, Самангана, Сарипуля, кое-где и Баглана отлично разговаривают на узбекском. Полностью может быть, что и тут кто-то из таджиков вспомянет, что «степная нота» в разрезе глаз у него непопросту.

Однако навряд ли Эрдоган будет тут ускорить процесс тюркизации. Чисто на добровольческой базе. Основная цель — надежный тыл Кабула в виде нового Северного Альянса, но уже не таджикско-узбекского, а узбекско-таджикского. Вероятное исключение — пуштуны. Ранее вторжения США талибы завершали захват Афганистана, уничтожили в итоге террористического акта героя таджиков Ахмада-шаха Масуда, объявили пушту единственным муниципальным языком (лишив этого статуса даруй, родной даже для трети пуштунов), таджиков и узбеков, не говоря о шиитах, изгоняли даже из уездных властных структур. Доказаны факты изгнания таджиков из нескольких анклавов на юге государства. Северяне пробовали отвечать этим же, изгоняя пуштунов со собственных территорий. Нынешние лидеры Талибана признали «перегибы», но что помешает Эрдогану для великодушной цели провоцировать восстановление этого противоборства? Пуштуны в Фарьябе и Бадгизе (а тут их в особенности много), которые отрезают новый Северный Союз от Туркмении, Эрдогану не необходимы.

3-ий фактор это не какой-то умозрительный план, а неизбежность, к которой приведет последовательное реализация Эрдоганом его планов (если в его планы не заходит еще больше зазорное бегство прямо за американцами). Это раздел Афганистана. Де-юре либо, для начала, фактически. Раздел, от которого отказались США в пользу «общей демократизации» Афганистана. Раздел, который, как средство, никогда не останавливал Турцию.

Раздел устроит Пакистан, в чью сферу воздействия отойдет Пуштунистан, а «Линия Дюранда» (1893 года, отсекла в пользу Английской Индии половину пуштунских племен, не была признана ни одним афганским кабинетом министров) совсем уйдет в историю. Иран устроит согласованный с Турцией и Пакистаном переход под эгиду Тегерана шиитских Герата и Хазараджата. Китай, естественно, не устраивает риторика Эрдогана, но устроит крепкий мир в северном Афганистане, через который (также через Алайскую равнину Киргизской Республики и Таджикистан) проектируется стальная дорога в Иран и дальше. Однако аналогичное с большей вероятностью могло бы дать гарантию и размеренное правительство талибов. Последние десять лет они напористо убеждают, что никаких целей воздействия в дела остальных стран не имеют. (Совмещение китайской колеи с русской, а дальше с иранской и европейской — иная тема). Так что Китай держим в уме.

Для Российской Федерации плюсов от вторжения Турции в Афганистан не просматривается при всех изощрениях разума. Означает, мы пока обязаны придерживаться до этого озвученной версии: цель Рф — не мешать вторжению Эрдогана, а потом не мешать (а в чем либо и посодействовать) его разгрому. И, войдя в игру «на его плечах», установить действенный военный контроль Российской Федерацией южной границы Центральной Азии от Кушки до Памира. Поточнее, от Каспийского моря до Алтая. С подходящим надежным тылом. Рискованно. Однако по другому его не приостановить.

Похожие статьи

Кнопка «Наверх»