Экономика

Никакого настроя на реванш в Нагорном Карабахе (Арцахе) у армянского общества нет — специалист

По прошествии одного года после окончания 2-ой Карабахской войны основным международным сдвигом в Закавказье можно считать пропажа Армении как важной силы в данном регионе, считает узнаваемый российский армейский эксперт, руководитель Центра изучения стратегий и технологий Руслан Пухов. Нанесен, согласно его убеждению, и удар по позициям Рф. Основной урок, который обязана извлечь Москва из конфликтной ситуации в Закавказье осенью прошедшего года, заключается в пресечении недооценки противника и пренебрежении к нему, отмечают Руслан Пухов и его умерший в мае текущего года сотрудник по Центру изучения стратегий и технологий Константин Макиенко в публикации для экспертного сборника «Буря на Кавказе». Последующим кризисным моментом, предсказывает Пухов, может стать 2025 год, когда истечет период нахождения российских сотрудников миротворческих сил в Арцахе (Нагорный Карабах), но новое обострение способно случиться и ранее.

Для начала давайте зададим систему координат: к какому типу конфронтаций вы бы отнесли текущее состояние Карабахского конфликтной ситуации по прошествии одного года после 2-ой войны — это замороженный (либо «подмороженный») конфликт, который затухает конфликт, в большей степени исчерпанный конфликт — либо уместны какие-то другие определения?

Это, непременно, замороженный конфликт, сегодняшнее статус-кво которого поддерживается насаждённым Азербайджану пребыванием миротворческих сил России, который взял уцелевшую часть Нагорно-Карабахской республики практически под российский протекторат. Нынешнее положение содержит бессчетные опасности.

Как, по вашему воззрению, соблюдаются те соглашения, бывш?? достигнуты годом ранее при прекращении военных действий? Соответствует ли сегодняшняя действительность начальным ожиданиям?

В принципе, они соблюдаются, но тут, вероятно, основным мотивом является нежелание управления республики Азербайджан конфликтовать с Российской Федерацией. В предстоящем Азербайджан, вероятнее всего, будет усиливать политический и дипломатический нажим в целях наибольшей парализации сохраняющихся остатков НКР и ограничения российского воздействия.

Как изменяется осознание масштаба событий осени 2020 года по мере их ухода в прошедшее? Согласны ли вы с определением «небольшая глобальная война», дающее в сборнике «Буря на Кавказе» исторический социолог Георгий Дерлугьян? Как развязка 2-ой Карабахской войны изменила геополитический статус Карабаха и в общем закавказского региона?

Насчет «малой мировой войны» — это, естественно, преувеличение. 2-ая Карабахская война, безусловно, стала суровым ударом по позициям Рф в Закавказье и усилила позиции Турции, но навряд ли можно разговаривать о радикальных международных сдвигах. В Закавказье Армения пропала в качестве важной силы — это пока основной местный сдвиг.

Какие заключения, по вашему воззрению, сделало и не сделало управление Армении по результатам прошлогодних событий? О чем, на ваш взор, говорит фуррор Никола Пашиняна на голосовании после поражения в войне? Это некоторая аномалия, не соответственная обычному ходу развития событий (военное проигрыш — прямой путь к потере власти), либо армянское общество вправду не видит других точек консолидации в новой действительности?

Фуррор Пашиняна на голосовании говорит о том, что армянское общество в общем солидаризовалось с его линией: нежелание идти на огромную войну и огромные жертвы для Карабаха. Финал войны был предопределен именной этот позицией режима Пашиняна. Мобилизация в Армении фактически не проводилась, полномасштабное размещение армии и их широкомасштабное задействование в Нагорном Карабахе (Арцахе) осуществлено не было. Пашинян, на самом деле, уклонился от масштабной войны, оставив Карабах тет-а-тет с Азербайджаном при малой поддержке Еревана.

Армянское общество в конечном итоге поддержало это решение. Заключения и управление Армении, и армянское общество сделало из данного естественные, на самом деле, продолжая ту же линию. Разумеется, что никакого настроя на реванш в армянском обществе нет, и мероприятия по приготовлению к реваншу, при этом, не исполняются.

Как крепким оказался союз победителей? Нет ли по прошествии одного года признаков того, что «величавая дружба» республики Азербайджан и Турции быть может уязвимой для наружных событий? На данный момент в обеих государствах снова нарастают свои политические и финансовые трудности, и эйфория от победы год очевидно стремительно выдохлась.

Совсем разумеется, что Ильхам Алиев не намерена «ложиться» под Турцию, и все дискуссии об «общей армии» и т. п. — это просто комплиментарная трепотня для турок. Одновременно Алиев не намерена портить отношения с Российской Федерацией и очень ловко маневрирует по отношению к Москве. Однако при всем этом понятно, что цели республики Азербайджан и Турции в отношении Армении совпадают и что Армения — это основная мишень для обеих государств в Закавказье. Потому, пока Армения всецело не доведена до ничтожества, союз Турции и республики Азербайджан будет крепким. Кроме того, приход неких постэрдогановских сил в Турции может лишь упрочить данный альянс, ликвидировав опаски Алиева относительно лишних амбиций Эрдогана и обеспечив такому союзу поддержку от Соединенных Штатов. В данном случае для Российской Федерации количество вопросов возрастет.

Никакого настроя на реванш в Нагорном Карабахе (Арцахе) у армянского общества нет — специалист

Армейский эксперт Руслан Пухов

Будет ли Азербайджан и далее продолжать навязывать Армении гонку вооружений с заранее предсказуемым результатом, что стало одной из основных системных обстоятельств финала 2-ой Карабахской войны в пользу Баку? Какой вариант военно-технической политики для Армении был бы, по вашему воззрению, более эффективен, и какие возможности его реализации?

Да, на данный момент мы видим, что Азербайджан не прекращает вооружаться, стремясь в опоре на опыт прошлогодней войны обеспечить для себя гарантированное полное военное приемущество над Арменией. В итоге в случае необходимости он сумеет отлично грозить уже конкретно армянской территории.

Для Армении, естественно, тоже нужно извлечение уроков из опыта войны, но совсем понятно, что Армения способна вооружаться лишь за счет поддержки Рф. У Армении есть две вероятные полосы военного строительства — с нацеленностью на реванш в Нагорном Карабахе (Арцахе) либо с полным отказом от него. Это почти во всем принципно различные полосы, однако 1-ая, как уже сказано, смотрится на данный момент не полностью близкой к реальности. В обеих вариантах положение дел просит от армянского общества существенной мобилизации и сосредоточения.

Ереванский специалист политологии Александр Искандарян в публикации в сборнике «Буря на Кавказе» чрезвычайно правильно увидел, что действия в Армении нужно принимать в контексте происходящего на Большом Ближнем Востоке. Но армянские элиты, ну и общество в общем предпочитают не видеть в упор, что их государство еще поближе к Ираку либо Сирии, чем к Москве и Брюсселю. Имеется ли признаки того, что положение дел изменяется либо может поменяться в ближайшей перспективе?

ЧИТАТЬ ТАКЖЕ:  Африканский Байден, защита от правды и огуречная «атака»: утренний кофе с EADaily

Это увлекательная постановка вопроса, но она наверное будет пропущена мимо ушей армянским обществом, которое, как и во всех постсоветских республиках (не считая, естественно, Средней Азии) считает себя «настоящими европейцами».

Заголовок вашей коллективной статьи с Константином Макиенко в сборнике завершается знаком вопроса: «Российская Федерация как основная проигравшая сторона во 2-ой Карабахской войне?». В которой временной перспективе эта неизвестность результатов для Российской Федерации будет снята в ту либо иную сторону?

Что могло принципно поменялось год спустя? Все заключения этой статьи остаются постоянными и лишь подтверждаются опытом прошедшего года. Пока все стороны не желают обострения и в общем соблюдают статус-кво, пусть и насаждённый. Однако что будет далее? Вероятнее всего, кризисным моментом станет истечение в 2025 году 5-летнего периода нахождения российских сотрудников миротворческих сил, однако может быть, что обострение случится и ранее. В особенности если в игру пожелают вмешаться США.

Как вы оцениваете позицию Рф в ситуации вокруг Зангезурского коридора? Как реалистичны возможности проектов, запланированных на этой территории при подписании соглашения о окончании огня годом ранее?

Они реалистичны при заинтригованности сторон в сохранении долгого статус-кво. А это и есть основной неопределенный вопрос. Однако в общем, думаю, данный вопрос будет доведен до конца — у азербайджанской стороны много рычагов давления на Российскую Федерацию.

Как, по вашему воззрению, будет решаться трудность работе био лабораторий США в Закавказье? Как в общем изменяется позиция Америки в отношении этого региона?

Никак эта трудность не может решаться, так как кто Америке указ? Втянутость США в дела региона может возрасти, если американцы решат усилить давление на Российскую Федерацию либо на Эрдогана. Либо, напротив, если они теснее сойдутся с турками, в особенности в случае ухода Эрдогана.

Одним из основных итогов 2-ой Карабахской войны стал резкий рост интереса к беспилотной авиационной техники. Одновременно почти все создатели «Бури на Кавказе» подчеркивают, что деяния турецких беспилотных аппаратов почти во всем оказались успешными в силу отсутствия у армян адекватных средств противовоздушной обороны. Как на сегодня, отталкиваясь от имеющейся у вас инфы, разворачивается технологическая гонка меж производителями боевых беспилотников (БЛА) и разрабами комплексов противовоздушной обороны против них? Как возможен сценарий, что покажутся так действенные средства противовоздушной обороны, что возможности внедрения беспилотных аппаратов будут очень ограничены — и напротив?

Пока преимущество остается за БЛА. Возьмем этот же турецкий Bayraktar TB2. Одной из основных предпосылок его достижений было сочетание высотности (6−6,5 тысячи метров), неплохой оптико-электрической системы и дальности внедрения управляемых вооружений MAM-L. Это сочетание отдало турецкому беспилотному аппарату возможность поражать главной зенитно-ракетный комплекс войсковой противовоздушной обороны армян (и в принципе территории бывшего Советского Союза) «Оса-АК/АКМ» из-за пределов действенной дальности стрельбы этого ЗРК. Практически это эквивалентно и в отношении большей части ЗРК близкого деяния и небольшой удалённости всех армии мира.

Другими словами, для поражения БЛА Bayraktar TB2 нужно применять или передовые дорогие ЗРК небольшой удалённости завышенной досягаемости вроде «Тора», или еще больше дорогие ЗРК средней и большой дальности, также завлекать истребительную авиационную технику. Это значит, что трудности организации противовоздушной обороны резко растут, а для большого количества государств такая комплекс противовоздушной обороны в принципе малодоступна. При этом вопрос борьбы с БЛА этого класса и на таковых дальностях пока малоразрешим исходя из убеждений цены — дешевенького решения нет.

С иной стороны, борьба со всяческими небольшими БЛА и барражирующими боевыми припасами осложнена ввиду их небольших размеров, общей малозаметности, низковысотности и возможности масштабного внедрения, другими словами насыщения каналов противовоздушной обороны. Тут тоже решения в принципе запланированы, но их реализация и распространение массовом масштабе, в целях полного, но не точечного прикрытия войск и объектов — это очень нетривиальная задачка.

Какие возможности внедрения боевых беспилотных аппаратов, также турецких «Байрактаров», в конфликтах на территории бывшего СССР, сначала в Донецке? Оправдана ли ставка Украины на данный тип орудия, либо на основании недавней первой демонстрации «Байрактаров» в Донецке навряд ли можно делать далековато идущие заключения?

Результаты внедрения Bayraktar ТВ2 в Донецке, возможно, в общем те же: на данный момент силы ДНР и ЛНР фактически не располагают средствами борьбы с этими БЛА, а базу их войсковой противовоздушной обороны составляют ЗРК «Стрела-10» и переносные ЗРК. В итоге, борьба с этими БЛА востребует размещения в регионе суровой группы современной противовоздушной обороны, другими словами прямого вовлечения Рф. Что даст возможность украинской стороне орать о российской интервенции.

Естественно, Украине навряд ли получится повторить в Донецке фуррор азербайджано-турецких сил в Нагорном Карабахе (Арцахе) — противник перед Украиной совсем иной, намного больше влиятельный. Однако то, что применение ударных БЛА может дать гражданам Украины некоторые тактические достоинства и затруднить и военную, и политическую обстановку для обратной стороны, — это полностью может быть.

Планируете ли вы сделать «Бурю на Кавказе» постоянной серией, беря во внимание повсевременно меняющуюся обстановку в регионе? Как трудным оказалось собрать чрезвычайно презентабельное экспертное общество для первого сборника?

2-ая война в Нагорном Карабахе (Арцахе) вызвала большой интерес в Российской Федерации и на территории бывшего СССР, потому собрать создателей было нетрудно. Почти всех из них мы знаем издавна и уже публиковали их статьи в нашем журнале и книжках. Мне чрезвычайно жалко, что мы не сумели привлечь азербайджанских создателей, но есть надежда поправить это упущение при подготовке второго издания «Бури на Кавказе». Бог даст, выпустим его сначала последующего года.

Похожие статьи

Кнопка «Наверх»