Аналитика

Польша и Венгрия после выход из ЕС: удавит ли их евробюрократия?

Выход Англии из Евросоюза, также победа на выборах главы государства в США Джо Байдена, который выступает за восстановление трансатлантического единства, затруднили положение Польши и Венгрии, 2-ух государств, которые находится в противостоянии с евробюрократией и франко-немецким тандемом. Какие шаги могут сделать кабинета министров Матеуша Моравецкого и Виктора Орбана, чтоб не проиграть в противоборстве с этими сильными противниками?

Последние действия свидетельствуют о том, что ценностно-идейный раскол меж Западной и Восточной Европой, о котором писал глава правительства Венгрии Виктор Орбан осенью 2020 года, никуда не делся. Углубление этого раскола прогрессирует с обеих сторон. В Венгрии в декабре прошедшего года власти воспретили усыновление и удочерение детишек однополыми парами. Глава правительства Виктор Орбан, не дожидаясь встречного решения, сам вывел свою партию «Фидес» из фракции Европейской народной партии в Европейском Парламенте. Сейчас «Фидес» решает, с кем он соединится. Одним из более возможных вариантов является присоединение к фракции «Европейские консерваторы и реформисты», куда заходит польская «Право и справедливость».

Вообщем, есть сведения про то, что лидер итальянской Лиги Маттео Сальвини ведет переговоры с Виктором Орбаном и поляками на предмет сотворения новой фракционной группы в Европарламенте. Типично также, что руководитель Минюста Венгрии Юдит Варга подняла вопрос о санкционных мерах в отношении технологических великанов, которые нарушают свободу слова собственных пользователей. Все эти деяния продиктованы рвением кабинета министров Венгрии сохранить государственный независимость государства и свои возможности. Например, на собственной страничке в Твиттер 10 марта Юдит Варга написала последующее:

«Мощная # Европа мощных стран — членов. Это наше видение #FutureofEurope».

В Польше положение дел несколько различается. Руководящую партию «Право и справедливость» («ПиС») издавна винят в попытке перенести опыт Орбана на польскую почву. На данный момент эти обвинения стали звучать ещё почаще. Но существует и своя специфичность. Ужесточение в прошедшем году абортивного законодательства вызвало протесты леворадикальной организации «Общепольская женская стачка» («ОЖЗ») (см. «Российская Федерация и уроки общественного протеста в Польше: феминизм, ЛГБТ-угроза цивилизации»). С высочайшей толикой вероятности можно сообщить, что «ОЖЗ» желает применять ЕС и администрацию Джо Байдена для отстранения кабинета министров Матеуша Моравецкого (см. «Польша и Венгрия: темная метка Сороса и брюссельско-вашингтонская стратегия»). Польская оппозиция надеется на то, что из-за несоответствия идейным аспектам ЕС национал-консервативные восток и юго-восток Польши, где поддерживают «ПиС», лишатся субсидий Европейского Союза, что отрицательно отразится на польской экономике.

Но можно прийти к выводу и про то, что Ярослав Качиньский и его однопартийцы не хотят сдаваться без боя и отказываться от власти, владея достаточной электоральной базой. В пользу этого гласит назначение в прошедшем году на пост руководителя Министерства образования и науки Пшемыслава Чарнека («ПиС»). Данный политический деятель открыто сообщает, что в Западной Европе демократию поменяли диктатурой различных меньшинств. Возможно, его назначили на подобную пост для противодействия распространению неомарксизма в системе образования, в особенности в институтах. Конкретно соответственная идейная атмосфера в самых высоких образовательных учреждениях повлекла то, что по данным на 2019 год лишь пятьдесят пять процентов польских учащихся считали себя верующими. И это в некогда с ревностью церковной Польше, сравнимо не так давно давшей католицизму папу Иоанна Павла II — в миру Кароля Войтылу!

Польские власти также решили начать борьбу за информационный независимость в медийном пространстве. В декабре прошедшего года муниципальная нефтедобывающая организация PKN Orlen купила издательскую группу Polska Press, одну из самых крупных в государстве, до этого принадлежавшую германскому холдингу Verlagsgruppe Passau. 1 марта 2021 года был подписан контракт о приобретении. Немного раньше PKN Orlen заполучила компанию Ruch, которая владеет сетью из 1300 газетных киосков. Оппозиция и поддерживаемые Брюсселем «общественники» винят польское правительство в противоборстве с независимыми оппозиционными средства массовой информации в рамках так называемой «реполонизации» и «деконцентрации» медиа. Президент PKN Orlen Даниэль Обайтек опровергает это.

Как можно увидеть, польское правительство борется конкретно со средствами массовой информации, оказывающими поддержку политике ЕС, другими словами организует польское общество. При подобном положении своекорыстной и предвзятой смотрится претензия «общественников» насчет вывода муниципальных маркетинговых фондов из независимых медиа. Практически, сегодняшние польские власти сообразили, что господство в медиасфере средства массовой информации, не скрывающих собственной поддержки ЕС и ФРГ, угрожает Польше перевоплощением из лимитрофа в полуколонию. Отчасти к данному же относится и проект закона о защите свободы слова на сайтах соцсетей, который был анонсирован руководителем Минюста Збигневом Зёбро (партия «Солидарная Польша», партнер «ПиС» по альянса). Про причины этого верно произнес замминистра юстиции Себастьян Калета в беседе ФоксНьюс:

«Мы видим, что когда технологические великаны решают удалить контент в политических целях, это в главном контент, восхваляющий классические ценности либо консерватизм… и он удаляется в согласовании с их „политикой языка враждебности“, когда у них нету на это легитимного права… Свобода слова — это не то, что должны решать анонимные модеры, которые работают в коммерческих организациях… подабающим образом избранные должностные лица и все сферы индустрии, авто, телефоны, деньги — не регулировались до того времени, пока не стали очень большими — аналогичное должно случиться с технологическими великанами… Это чрезвычайно тревожно, так как, если технологические великаны считают себя организацией, которая имеет довольно возможностей, чтоб запретить действующему главе Соединенных Штатов Америки выложить свою позицию, это сообщение миру, что мы можем запретить кого угодно, когда захотим…».

Последней инициативой польского кабинета министров, которая грозит усугубить положение Польши в Евросоюзе, является проект закона о налоге на рекламу в сети интернет для средства массовой информации. В этих условиях ЕС решил начать разработку некоторых карательных мер против Польши. Например, заместитель руководителя Европейской комиссии Вера Йоурова предложила закончить выделение денежных средств польских воеводств с зонами, вольными от ЛГБТ. парламент Евросоюза же назначил ЕС «зоной, вольной для ЛГБТ». Сразу польские власти, аналогично венгерским, решили запретить усыновление и удочерение однополым парам, не состоящим в каких-то зарегистрированных отношениях, о чем сказали как замминистра юстиции Михал Войчик, так и сам Збигнев Зёбро. Потому что регистрация однополых пар в Польше в официальном порядке запрещена, это значит полный запрет таковых действий, что в корне не соответствует политике евробюрократии.

Польша и Венгрия, даже будучи во обоюдном союзе вместе, недостаточно сильны, чтоб отлично противодействовать напору евробюрократов — ФРГ и Франции. Следовательно, встает вопрос о поиске единомышленников в данном противоборстве. Ранее таким был глава Соединенных Штатов Америки Дональд Трамп, не утаивавший собственного агрессивного отношения к ЕС и ФРГ как его лидеру. Однако наперекор надеждам польского управления Дональд Трамп проиграл выборы президента. Одержавший победу Джозеф Байден хочет вернуть трансатлантическое единение США и ЕС, а в общем Демократическая партия США воинственно относится к евроскептикам.

В подобном положении было бы разумно и для Польши, и для Венгрии опереться на собственного старого союзника по Североатлантическому Альянсу и ЕС, который мешал еврофедералистам — Англию. То, что она вышла из Евросоюза, еще не значит окончания конфликтной ситуации Лондона с Брюсселем, Берлином и Парижем. Маргарет Тэтчер в свое время призвала англичан оставить ЕС, а государствам Восточной Европы рекомендовала туда не вступать, предупреждая об угрозе попадания под воздействие ФРГ. Может быть, правительство Бориса Джонсона усвоит, что в XXI веке можно и необходимо возвратиться к классической для англичан политике баланса сил, которая заключается в пресечении превосходстве какой-нибудь державы в континентальной Европе. Разумеется, что гегемоном (в особенности финансовым) на материке является ЕС под руководством франко-немецким тандемом. В подобном положении Лондону критически принципиально сохранить и развивать союзнические отношения с Варшавой и Будапештом как партнёрами в противоборстве с этим тандемом.

До итогового выхода Англии из Евросоюза все так и было. В 2019 году в английских компаниях, которые действуют на территории Польши, работало практически 115 тысяч человек, в первые три месяца такого же года Англия была на 2-й строчке (6,6 %) после ФРГ (двадцать семь процентов) по ввозу из Польши. При этом, в 2018 году английский экспорт в Польшу составил $ 6,5 миллиардов, из них двадцать пять процентов пришлось на продукцию хим индустрии и девятнадцать процентов на машиностроение. На рынке услуг положение дел была последующая: польский экспорт услуг в Англию составлял 7,3 %, импорт 8,4 %. В 2020 году эта динамика сохранялась. В итоге, налицо устойчивые британо-польские финансовые отношения.

Имеются и относительно недавние действия, которые позволяют разговаривать о тенденциях в укреплении британо-польских связей. 21 мая 2020 года было заключен договор о взаимодействии в развитии инфраструктурного проекта Solidarity Transport Hub. Это транспортный узел, который будет находиться в 40 км от Варшавы на территории больше 3000 га (30 км²). Узел будет состоять из аэродрома и жд развязки. Проект должен быть реализован к 2027 году. Предвидится, что узел сумеет обслуживать 45 млн человек в год, в рамках реализации этого проекта будет выстроено выше 1600 км стальных дорог, также скоростных.

Данный проект не единственный. Судя по статье парламентария Палаты общин от Консервативной партии Даниэля Кавчинского (октябрь 2020 года), англичане хотят сохранять и углублять отношения с Польшей. Учитывая то, что администрация Джо Байдена хочет крепить отношения с Евросоюзом и ФРГ, также негативного отношения американского элит к Брекситу, со стороны Англии было бы закономерным всевозможными способами поддерживать Польшу (см. «выход из ЕС и результаты: территориальное единение Англии и евроатлантизм»). Кроме того основательной предпосылкой для британо-польско-венгерского союза является наличие общего неприятеля в лице Европейской народной партии и лидера её фракции в Европарламенте — парламентария Христианского Общественного союза Манфреда Вебера (см. «Манфред Вебер: политический изображение в интерьере ЕС»). О симпатиях Вебера к шотландским сепаратистам, которые мечтают не попросту сохранить участие в Евросоюзе, да и лишиться денежного независимости, присоединившись к еврозоне, мы уже писали.

Тем увлекательнее позиция польских политиков из входящей в Европейскую народную партию Гражданской площадки — 1-го из основных врагов кабинета министров Моравецкого. Например, депутат Европарламента Яцек Сариуш-Вольски заявил в сентябре месяце 2019 года, что «если шотландцы изберут самостоятельность, мы будем ревностными сторонниками вступления Шотландии в Евросоюзе». А экс-руководитель Евро совета Дональд Туск в беседе BBC сначала февраля 2020 года, указав на то, что он не может вмешиваться во внутренние дела Англии, все таки произнес о перспективах присоединения независимой Шотландии к ЕС последующее:

«На чувственном уровне у меня есть уверенность, что тут, в Брюсселе, и в Европе в общем все будут в экстазе… Если вы спросите меня о наших чувствах, вы удостоверитесь, по моему мнению, что мы постоянно соболезнуем данному».

В качестве ответа на данный комментарий глава Форин кабинет Доминик Рааб сказал:

«Я считаю, что это выражение было неприкрыто неевропейским и достаточно безответственным, беря во внимание сменяющие друг дружку сепаратистские тенденции в Испании, Франции, Италии».

В действительности евробюрократы желают отомстить англичанам за то, что они посмели отдать свой голос за выход из Евросоюза, и ослабить их позиции в Европе. Конкретно для этого они скрытно поддерживают рвение кабинета министров Николы Стерджен и её Шотландской государственной партии к отделению от Англии, чтоб иным государствам, которые входят в Евросоюзе, нельзя было даже мыслить о самой возможности выхода из Евросоюза под страхом территориальных утрат. Практически евробюрократы пробуют нанести наисильнейший удар и по Североатлантическому Альянсу, в связи с тем, что Шотландия принципиальна как регион, где располагаются принципиальные военные объекты Англии и чей вес в Североатлантическом союзе нельзя приуменьшать.

Например, на территории Шотландии размещен центр ядерно-энергетических разработок Дунрей, базы ВВС в Лоссимуте, Элгине и Льюхарсе, база ВМС в Фаслейне (Клайде). Потому Польша и Венгрия как члены Североатлантический Альянс будут должны приложить все усилия для борьбы с шотландскими сепаратистами и посодействовать своим английским партнёрам. С этой целью необязательно действовать впрямую. К примеру, английские граждане польского и венгерского происхождения могут организовать информационную кампанию в поддержку отделения от Шотландии Шетландских и Оркнейских островов и предоставления им статуса коронных земель, что является желанием обитателей этих островов, которые недовольны политикой Эдинбурга. А также, такая инициатива еще раз обоснует преданность польского и венгерского народов союзу с Англией. Последнее чрезвычайно принципиально, в связи с тем, что против отделения Шотландии выступают консерваторы, лейбористы и либеральные демократы, другими словами ведущие политические партии Англии. Следовательно, противоборство шотландскому сепаратизму — это сразу борьба за территориальное единение Англии, за единение Североатлантический Альянс и отражение злости евробюрократов и франко-немецкого тандема. Всё это в интересах правительств Моравецкого и Орбана.

ЧИТАТЬ ТАКЖЕ:  Инфляция в Турции нежданно притормозила: Эрдоган давит на Центральный банк

Но одной Англии в противоборстве с Евросоюзом польско-венгерскому союзу будет недостаточно. И таким нежданным партнёром для этих 2-ух государств является Турция. Причина эта состоит не лишь в том, что все три государства входят в Организации Североатлантического договора, да и в наличии общих врагов в Евросоюзе. Такими противниками являются сначала Европейская комиссия, Франция и уже упоминавшийся руководитель фракции Европейской народной партии Манфред Вебер, который известен как противник полноправного членства Турции в Евросоюзе.

Имеются и поболее суровые предпосылки для польско-венгерско-турецкого союза против ЕС и евробюрократии. Например, в сентябре 2020 года Вебер сообщил про то, что Европейская народная партия (туда заходит польская Гражданская площадка) поддерживает Грецию и Кипр в противостоянии с Турцией в Восточном Средиземноморье. Потом, 16 ноября такого же года, после посещения Реджепом Тайипом Эрдоганом кипрского города-призрака Варош Вебер обвинил президента Турции в попытке раскола территории государства — участника Евросоюза (Кипра). А 3 декабря Вебер в принципе попросил объявить о санкционных мерах против Турции.

Возможно, польское управление в недавнее время стало догадываться про то, что нужно расширить количество единомышленников. Например, в сентябре 2020 года 80 польских военных присоединились к миссии Североатлантический Альянс в Турции. Кроме того, польский посол в Анкаре Якуб Кумох в беседе турецкой прессе Daily Sabah сообщил о союзнических отношениях меж 2-мя государствами и даже сообщил о поддержке Польшей вступления Турции в Евросоюзе (sic!). В условиях Брексита и конфликтной ситуации Варшавы с евробюрократией последнее смотрится как несерьёзная трепотня. У турецкой стороны больше близкий к реальности взор на мир, не случаем турецкий Министерство иностранных дел в поздравлении с очередной годовщиной независимости Польши сообщил о значимости взаимодействия Вышеградской группы (Польша, Венгрия, Чехия и Словакия) с Турцией.

Венгрия, в отличие от Польши, издавна стала партнёром Турции, при этом это было соединено с возрождением венгерского туранизма (см. «Отношения Рф с Венгрией: национал-консерватизм и евроатланизм»). Кроме того, как реальный политический деятель, Виктор Орбан соединяет дилемму передвижения из мусульманских государств в Евросоюзе с почтительным отношением к исламской цивилизации. Типично, что во время Карабахской войны, сначала октября 2020 года глава министерства зарубежных дел Венгрии Петер Сийярто написал в Фэйсбук последующее:

«Было бы отлично, если б наши западноевропейские товарищи критиковали бы их (Турцию — П.М.) незначительно меньше».

В том же месяце турецкая сторона сообщила о желании взаимодействовать с Венгрией в сфере искусственного ума и информационной безопасности в центрах цифровых нововведений. В феврале 2021 года стороны также заявили о желании развивать двухсторонние отношения в экономической сфере, при этом венгерская медорганизация Medicor выстроит завод в промышленном парке Анкары, вложения в данный объект составят 2 млн евро. Тогда же Türk Eximbank и венгерское кредитное экспортное агентство MEHIB заключили договор о взаимодействии в сфере страхования. Есть и очередной принципиальный момент. Венгрия также является партнёром республики Азербайджан. Венгерские власти выделят кредит венгерским компаниям в размере $ 100 млн для участия в восстановлении территорий Нагорного Карабаха, которые перешли под контроль республики Азербайджан.

Следует увидеть, что Турции и Азербайджану прибыльно, чтоб Польша и Венгрия сохранили свое особенное положение в Евросоюзе. Неоосманизм, который был принят на оружие сегодняшним турецким кабинетом министров, предполагает восстановление турецкого воздействия на территориях, некогда входивших в состав Османской империи, что относится и к Венгрии. А также, нельзя забывать про то, что Франция, по факту один из столпов ЕС, является противником Турции и отчасти республики Азербайджан, что в особенности проявляется в Восточном Средиземноморье, в ближневосточном регионе и в Закавказье. А потому что ЕС хочет в тесноватом союзе с Соединенными Штатами сдерживать турецкую экспансию в Восточном Средиземноморье, то для Анкары вырисовывается противная положение дел, когда она будет вынуждена противодействовать оси США — ЕС. Чтоб это не случилось, Турции нужно ослабить ЕС. Выход из Евросоюза Англии, которая являлась партнёром Анкары, очень данному содействовал. Но для надежного противоборства Франции и Греции Анкаре необходимы государства — представители Европейского Союза, которые не планируют последовать примеру англичан и в тот же период находятся в суровом конфликте с Брюсселем, Берлином и Парижем. Такими являются сначала Польша и Венгрия.

Поэтому броско, что в ноябре месяце прошедшего года информационный шум вызвал заголовок близкого к «ПиС» еженедельника Do Rzeczy «Мы вынуждены огласить ЕС: „Хватит!“ Мы имеем право разговаривать о Polexit».

Польское правительство, в отличие от оппозиции, опровергает какое-или рвение к выходу из Евросоюза. Но по факту судебная реформа, проведённая в Польше, может привести к типичному отделению Польши от Евросоюза в данной отрасли. А также, настроенный на решительное противоборство евробюрократии глава министерства Збигнев Зёбро по факту оказался прав, и с выигрышем Байдена Брюссель будет агрессивнее действовать в отношении непокорливых государств — участников. Это лупит по позициям главу правительства Матеуша Моравецкого. Дальше, у руководящего большинства есть суровый противник, который способен отобрать у неё часть электората — партия радикальных евроскептиков «Конфедерация свободы и независимости», которая состоит из консервативных либералов и национал-консерваторов. По степени критики ЕС они превосходят даже Зёбро. Практически правительство будет вынуждено для удержания власти воплотить почти все пункты программы конфедератов. Кроме того, в критериях противоборства с Евросоюзом под давлением Зёбро и конфедератов кабинету министров Моравецкого необходимо будет отрешиться от запрета производства кошерного и халяльного мяса, также разведения животных для меха, чтоб привлечь на свою сторону польских аграриев.

В критериях противоборства с Евросоюзом и Польша, и Венгрия решили развивать атомную энергетику, при этом 1-ая хочет это делать при помощи США с нуля. Это решение отчасти перекликается с программным документом входящего в «Конфедерацию» Государственного движения «PolExit: неопасный эвакуационный выход» 2019 года. Притом одновременный отказ от угля и развитие атомной энергетики дозволят Польше и Венгрии лишить евробюрократию этого рычага давления как соответствие их экономик курса Европейского Союза по достижению «климатической нейтральности материка» («углеродной нейтральности материка»).

Поэтому также следует вспомнить, что даже «Конфедерация» выступает за постепенный выход из Евросоюза, при всем этом с сохранением членства Польши в Европейской финансовой зоне и Шенгенской зоне. У англичан, которые вышли из Евросоюза, одной из опций был так именуемый Soft выход из ЕС, в соответствии с которым Англия могла сохранить участие в общем рынке либо даже в таможенном союзе ЕС, также в Европейской финансовой зоне. Другими словами польские радикальные евроскептики учитывают английский опыт. А также, в отличие от Англии Польша заходит в Шенгенскую зону.

Все это не значит, что Польша выйдет из Евросоюза в наиблежайшие годы. Но сделаться обособленным членом она может. Венгрии тут труднее. Но следует приглядеться к более броским высказываниям Виктора Орбана за прошедший год о Брексите (кроме открытой поддержки Бориса Джонсона в январе). Например, сначала марта 2020 года венгерский глава правительства сообщил, что «уход Англии и то обстоятельство, что все еще живые в этом государстве, указывает, что есть жизнь за границами ЕС».

А в беседе средствам массовой информации в сентябре такого же года Орбан произнес последующее:

«Брексит — это смелое решение английского народа относительно своей жизни… мы изучаем его как свидетельство величия англичан… Мы не можем дозволить для себя идти по данному пути… Для Венгрии уместно быть частью Евро Союза».

На самом деле, тут ничего нового нет. И в Польше, и в Венгрии наибольший процент жителей выступает за участие в Евросоюзе. Но этот факт не отменяет необходимости для обеих государств в расширения ассортимента отношений в экономической сфере для понижения финансовой зависимости от ФРГ и Франции, тем паче что злотый и форинт сохранились как национальные валюты. Потому в интересах Англии, Турции и республики Азербайджан сохранять и развивать союзнические отношения с Польшей и Венгрией.

А что все-таки Российская Федерация? Российская Федерация обязана окончить расширение венгерской АЭС «Пакш» и прибыльно себе развивать финансовое взаимодействие с Венгрией. А также, нужно окончить стройку газового трубопровода «Nord Stream 2» и достигнуть его настоящего деятельности. Его реализация будет суровым аргументом для польских евроскептиков, в связи с тем, что обвиняемые в работе на Российскую Федерацию депутаты «Конфедерации» уверенно выступали против «Nord Stream 2». Следовательно, его полное функционирование будет доп аргументом для Польши уменьшить её связи с ФРГ и развивать свою атомную энергетику.

В конце концов, еще есть один нюанс, отражающийся на положении Польши и Венгрии. Рф и Республики Белоруссия следует продолжить жёсткую политику сотворения альтернатив портам Литовской Республики, Латвии и Эстонии, другими словами исключить любые перевозки и перевалки через эти порты в пользу российских портов. Частичная реализация этого плана уже нанесла наисильнейший удар по экономикам этих 3-х территорий, рвавшихся в Евросоюзе и потерявших свои национальные валюты. Для Польши и Венгрии данный факт будет значить, что три зависимые от Евросоюза означенные республики не смогут нанести им особенного ущерба в силу собственной удачно развивающейся финансовой беспомощности и уменьшения и так жалкого финансового веса в Евросоюзе. Это в особенности принципиально учитывая то, что глава литовского «Союза Отечества — Литовских христианских демократов», глава министерства зарубежных дел Литовской Республики Габриэлюс Ландсбергис был одним из ярых приверженцев исключения «Фидес» из Европейской народной партии.

В итоге, в противоборстве Польши и Венгрии с Евросоюзом и с франко-немецким тандемом наметились несколько многообещающих позиций. Во-1-х, усиление финансовых и политических связей с Англией на базе противоборства евробюрократии и развития союзнических отношений. Во-2-х, расширение вариативности и развитие отношений в экономической сфере с государствами, не входящими в Евросоюзе, сначала с Турцией и Азербайджаном. В-3-х, вероятное изменение политики в отношении Рф, в особенности в вопросе финансового взаимодействия.

Российская Федерация без Польши и Венгрии полностью обойдётся, а вот означенные государства могут существенно ослабить свои позиции в противоборстве евробюрократам. В-четвёртых, кабинета министров этих государств активно занимаются консолидацией общества перед наружными вызовами со стороны евробюрократии. У Венгрии такая политика реализуется лучше, а Польша начала заниматься этим лишь не так давно, начав реальную «реполонизацию» средства массовой информации. Это в особенности принципиально, в связи с тем, что Чехия и Словакия — это две гнилостные опоры, на которые не стоит рассчитывать.

Подводя результаты, подчеркнём, что Польша и Венгрия имеют существенные возможности на фуррор в противоборстве с комиссией Европейского союза и франко-немецким тандемом. Другого выхода у них, фактически, и нет, в связи с тем, что поражение будет означать для этих государств не лишь экономико-политическое удушение, да и утрату этнокультурной идентичности.

Похожие статьи

Кнопка «Наверх»