Аналитика

Поствирусный синдром в западных странах: придет ли в Российскую Федерацию инфляция девяностых?

«Разговаривать о инфляции с чрезвычайно высокими темпами было бы неким преувеличением», — так заявил на прошедшей неделе, в ходе выступления в Государственной Думе, заместитель председателя Центрального Банка России Алексей Заботкин. Это тот случай, когда попытка успокоить больше походит на предупреждение, дескать, пора, жители, готовиться к самому плохому. Тем паче что инфляционные характеристики 2-ух весенних месяцев приметно превысили мотивированные значения, а специалисты предсказывают предстоящий увеличение стоимости потребтоваров, пишет Владислав Гринкевич в журнале «Профиль».

Смахнуть жадную слезу

По результатам апреля инфляция в значениях по году составила 5,53 %, что на 1,53 % выше т. н. таргета — мотивированного показателя, который был установлен кабинетом министров и Центральным банком. А в марте индекс потребительских цен разгонялся до 5,8 % — это рекорд за прошедшие 5 лет. Однако самое противное состоит в том, что пока мы не видим сигналов, говорящих о скорой нормализации ценового ралли. Наоборот, некоторые финансисты в предстоящие несколько месяцев ждут разгона повышения общего уровня цен до шесть процентов.

Тут нужно увидеть, что повышение цен, ощущающ?? на собственном кошельке рядовой пользователь, очень различается от среднего индекса (т. е. повышения общего уровня цен), который рассчитывается службой госстатистики. Ведь тот употребляет в собственной формуле корзину из 556 наименований продуктов и услуг — от зубных щеток до ювелирных изделий и авто лакшери класса. К нашей ежедневной действительности эта корзина имеет не много отношения однако бы поэтому, что действительность у каждого своя: мы все покупаем различные наборы товаров, ходим в различные магазины, стрижемся в различных парикмахерских. И когда у одних повышаются в цене молоко, сахар и гречка, то у остальных могут падать в цене авто Bentley и бриллианты — так было, к примеру, после кризиса 2008 года.

Сейчас положение дел такая: инфляция, которую ощущает население, по данным Центрального Банка России (рассчитывается на базе социологических опросов), в мае составила 14,8 %, в апреле — 14,5 %. Цены на продуктовые товары в апреле в годовом выражении повысились на 6,55 % (в марте — на 7,58 %), при всем этом некоторые позиции превысили средний показатель больше чем втрое. Свекла, к примеру, повысилась в цене больше чем на двадцать процентов.

На непродовольственном рынке тоже есть рекордсмены, смотря на показатели которых, и взаправду начинаешь подумывать о инфляции с чрезвычайно высокими темпами. К примеру, строительные материалы — цены на них пошли в рост еще в разгар сильной эпидемии; в последнем квартале прошедшего года, по оценке Государственного объединения строителей, материалы на базе металлопроката подорожали до семьдесят процентов и больше. Сейчас данный тренд продолжается — темный сплав в мае подорожал на четверть, а означает, возрастут цены на изделия из него, утеплители «потяжелели» на десять процентов и т. д. «Мне охото смахнуть жадную мужскую слезу», — сообщил знакомый, ведущий стройку на собственном пригородном участке.

Обстоятельств для повышения цен, прямо сообщим, хватает:

  • во-1-х, эффект низкой базы — когда власти объявляли локдаун, инфляция находилась на как никогда невысоком уровне — 2,3 % в значениях по году;
  • очко к повышения общего уровня цен добавили низкие проценты по кредитным договорам, которые подстегнули спрос на товары и услуги, ставш?? восстанавливаться приметно резвее, чем подразумевалось. Оборотной стороной этого спроса в кредит стала наивысшая долг граждан России перед банками: по данным ЦБ, на 1 марта 2021 года она достигнула 20,8 трлн рублей;
  • рубль по отношению к доллару за год подешевел на пятнадцать процентов. Как следует, увеличилась стоимость завезенные из других стран продукты, которые комплектуют и т. д.;
  • благодаря Китаю подорожало продукты питания на глобальном рынке, а следом подорожали сельхозтовары, которые мы импортируем, — сахар, зерно, растительное масло;
  • субсидированный ипотечный займ повысила спрос на жилище, но строители не успели прирастить закладки новых домов. Заместо этого они прогнозируемо перерисовали ценники на уже возводимое жилище;
  • резвый отскок азиатских экономик, такого же КНР, подстрекнул повышение цен на сырьевые продукты, также на сплавы.

Много — не означает гипер

«Это случается не лишь у нас, да и по всему миру, — сообщил в Государственной Думе Алексей Заботкин, обсуждая положение дел со строительными материалами и инфляцией в общем. — Это соединено с чрезвычайно резвым возрождением экономического роста после событий 2020 года. Вероятнее всего, отчасти это временный всплеск, который будет сходить на нет по мере возврата экономики к больше устойчивому равновесию».

Вопрос только в том, как скоро экономика сумеет перейти к данному самому устойчивому развитию. Как раз с этим-то определенности нет.

ЧИТАТЬ ТАКЖЕ:  Вакцинопрофилактика детишек и ценности нового кабинета министров: Израиль в фокусе

Касательно инфляции с чрезвычайно высокими темпами, то Заботкин, вероятнее всего, полностью прав — её бояться не стоит. Ведь если придерживаться строго научной систематизации, то этот термин уместен только в этом случае, когда повышение цен превосходит 1000% в год. Инфляция, которая исчисляется десятками процентов в год, называется галопирующей. А у нас она недотягивает даже до двузначных отметок, с которыми мы прошли девяностые.

«На данный момент, по нашим последним прогнозам, она составит 5,2−5,5 %, — уверен специалист института „Центр развития“ НИУ ВШЭ Игорь Сафонов. — Это без учета вероятного увеличения ставки ЦБ в июне, которое мы считаем возможным. Мы вправду смотрим завышенный уровень повышения общего уровня цен, но это однозначно нельзя отнести ни к галопирующей, ни тем паче к инфляции с чрезвычайно высокими темпами».

Возможность пришествия инфляции с чрезвычайно высокими темпами наш собеседник оценил «в десятые и сотые толики процента». Тривиальных предпосылок к данному, правда, не видно: Центральный банк научился управляться с увеличением цен, вектор финансовой политики стабилен, нет экономных недостатков, которые могли бы разгонять инфляцию в длительном периоде.

«Быстрее, это временное явление, связанное с отстройкой экономики после прохождения кризиса, — сообщает Сафонов. — Связанное с тем, что кое-где были утрачены промышленные мощности, разорваны логистические цепочки». Очередной фактор: из-за закрытия границ и невозможности путешествовать россияне стали растрачивать больше средств снутри государства, что тоже толкает цены ввысь».

Вместе веселей

Справедливости для нужно согласиться с тем, что трудности с высочайшей инфляцией испытывает не лишь Российская Федерация, но практически все большие экономики, развитые и развивающиеся. Не так давно 1-ый заместитель премьер-министра Андрей Белоусов сообщил, что США ожидает «необычный» рост повышения общего уровня цен. По результатам года она может добиться 4−5% — для Америки с таргетом в два% это и правда много.

«Для них два процента — это приблизительно аналогичное, что у нас десять процентов», — убедил Белоусов, напомнив, что в апреле инфляция в США достигнула 4,2 %, «максимума с 2008 года».

В действительности в прошедший кризис инфляция очень поднялась до 2,72 %, и это было в 2009-м. Потом был пик 2011-го — 2,96 %. Потому сегодняшние 4,2 % вправду расцениваются некими наблюдателями как суровое предвестие. В числе финансовых владельцев блогов — наших и американских — нередко звучат слова «инфляция с чрезвычайно высокими темпами», «мировой кризис», «обвал рынков». Будто бы все это может произойти с американской, а потом и с мировой экономикой не то в предстоящие несколько месяцев, не то в наиблежайшие годы.

При этом, финансовые специалисты не видят связи меж американской инфляцией и гипотетичным кризисом. Касательно повышения цен в США, то о нем заговорили, еще когда властные структуры США анонсировали дорогущие противокризисные программы и начали раздачу «вертолетных средств» в качестве безвозмездной поддержки нуждающимся. В итоге нуждающиеся американцы (это те, у кого доход за год наименее $ 75 тыс., а таковых в США до восемьдесят пять процентов жителей) получили по $ 1,4 тыс. Потому, когда во 2-м квартале 2020-го ВВП США просел на 9,5 %, настоящие доходы американцев повысились на 10,1 %. По мнению руководителя Института стратегического изучения компании FBK Grant Thornton Игоря Николаева, данный увеличение доходов был должен подстегнуть спрос на товары и услуги, который мог стать одним из локомотивов восстановления экономики Соединенных Штатов.

Так, впрочем, и вышло: после карантинных ограничений люди начали ворачиваться к активной жизни и расходовать финансовые средства. А обладатели ресторанов и иных публичных заведений поднимают цены на свои услуги, чтоб восполнить убытки, понесенные в процессе коронакризиса. Плюс Общегосударственная запасная система США как и раньше проводит ультрамягкую политику, другими словами поддерживает компании, чтоб вернуть рынок труда. Но, как экономика приспосабливается к новым посткризисным реалиям, инфляция обязана снизиться, уверен Игорь Сафонов.

В сухом остатке: инфляция, которую мы имеем (в Российской Федерации и за её пределами), навряд ли приведет к суровым финансовым потрясениям, но по меньшей мере в ближний год добавит вопросов и проблем мещанину, которому придется из собственного кармана оплачивать восстановление государственных экономик и мирового хозяйства.

Похожие статьи

Кнопка «Наверх»