Аналитика

Руслан Гереев: В Республике Дагестан религия не быть может разделена от страны

Республика Республика Дагестан по количеству религиозных компаний в числе всех субъектов Российской Федерации является лидером, а Муфтият Республики Дагестан по числу мечетей превосходит все имеющиеся межрегиональные муфтияты, которые действуют в государстве. При всем этом воздействие дагестанского муфтията издавна вышло за границы республики и чувствуется и в Поволжье, и в Сибири, и в дальневосточном регионе. Роль религии в жизни жителей Республики Дагестан очень велика, она описывает почти все стороны жизни общества. Про то, что собой сейчас представляет религиозное место Республики Дагестан, как устроена система государственно-конфессиональных отношений в республике, как работает исламская умма региона, EADaily сообщил руководитель Центра исламских исследовательских работ Северного Кавказа Руслан Гереев.

— Руслан Маликович, что сейчас представляет из себя исламская умма Республики Дагестан в организационном плане? Имеется ли информацию о четком числе работающих мечетей и зарегистрированных мусульманских общин в регионе?

— Республика Дагестан один из наиболее исламизированных регионов не лишь Северного Кавказа, Рф и, наверное, Европы. Совершенствуются процессы становления и развития джамаатов (общин), строятся мечети, возводятся другие культовые сооружения, сделаны подходящие условия в целях выполнения конституционных прав верующих, улучшаются и развиваются межконфессиональные отношения и этнорелигиозная обстановка. Религиозные организации сейчас реализуют много соц проектов, пропагандируют здоровый стиль жизни, толерантные отношения в обществе, в особенности в молодежной среде, поддерживают малообеспеченных людей, борются с идейными угрозами в духовной жизни общества, также проводят гигантскую работу по воспитанию жителей культуре межнациональных и межконфессиональных отношений.

В Республике Республика Дагестан работают 2797 религиозных компаний. Из них исламских 2753 (джума -1352, квартальные -1163, молитвенные дома -217, христианских — 38, иудейских — 6. Документально зафиксировано — 906 религиозных компаний. Существует три централизованных религиозных компаний: Муфтият Республики Дагестан, Махачкалинская епархия РПЦ (Столичный патриархат) и Централизованная религиозная организация иудейских общин Республики Дагестан. Существует с 2002 года Альянс исламской молодежи.

— В Поволжье принято территорию, на которой находятся группы в юрисдикции того либо другого духовного управления мусульман разделять на мухтасибаты. Мухтасиб — основной имам над имамами в районе. В Татарстане мухтасибаты совпадают с границами административных районов, в Республике Дагестан такая же картина?

— Республика Республика Дагестан для воплощения централизованной религиозной работе Муфтиятом Республики Дагестан разбита на 4 территориальных окрестность (Южный, Центральный, Горный, Северный), в которых работают полномочные представители муфтията Республики Дагестан.

Имамы всех входящих в территориальный округ городов и районов находятся в зоне его ответственности. Дальше в каждом населенном пункте есть мечеть и есть имам. В районе либо городе старшим является глава Совета имамов района, взаимодействующ?? с государственными органами в рамках государственно-конфессиональных отношений, также ведет взаимодействие с некоммерческими организациями. В данном плане по повышению числа религиозных компаний положение дел такая же в Северо-Кавказском регионе.

— Растолкуйте, пожалуйста, этот аспект: у Муфтията Республики Дагестан есть муфтий и глава — это различные должности, их занимает не один и этот же человек. Ничего такого нет ни в каком другом российском муфтияте. Для чего изготовлено подобное разделение?

— Это вправду так, и обусловлено это сначала тем, что муфтий шейх Ахмад Абдулаев (Ахмад-хаджи Афанди) каждый день воспринимает людей, проводит встречи с мюридами (учащимися), религиозными деятелями, общественными деятелями, представителями научной среды, и не лишь с Республики Дагестан, при таком темпе на остальные мероприятия просто нет времени. Однако это совсем не значит, что он располагается отстраненно от работе муфтията, выполняя только представительские функции, так как тут также шейх повсевременно ведет встречи с общинами городов, районов, с молодежью. Общение с ординарными дагестанцами, решение их вопросов, вопросов тут воспринимается за высшее благо для хоть какого религиозного деятеля, смыслом его жизни как наставника, и в данном плане муфтий Республики Дагестан, шейх Ахмад-хаджи Афанди не исключение.

И Муфтият Республики Дагестан, и шейх Ахмад-хаджи Афанди проводят гигантскую работу, направляют потенциал религиозных компаний на созидание, содействуют укреплению политической, финансовой и публичной стабильности в Республике Дагестан, сохранению мира, согласия, взаимного понимания меж людьми различных национальностей и исповеданий. Глава Муфтията Шамиль Алиханов возглавляет его аппарат.

— У муфтия Республики Дагестан еще в прошедшем году было три заместителя: 1-ый заместитель кумык Абдулла Аджимоллаев, два заместителя даргинец Абдулла Салимов и аварец Ахмад Кахаев. На данный момент на интернет-ресурсе Муфтията Республики Дагестан Кахаев уже не числится замом. Почему так?

— Наверняка, данный вопрос должен быть адресован к муфтияту, но все таки выскажу свое мнение. К слову, чтоб Вы знали: глава Муфтията Шамиль Алиханов — лезгин по национальности, а в Республике Дагестан еще есть лакцы, кумыки, аварцы, даргинцы и почти все остальные. Замечания отсутствуют к муфтияту в данном плане, представлены все!

Касательно Ахмада Кахаева, то он управляет чрезвычайно трудным направлением — является ответственным за просвещение и вопросы образования в общем. Я лично его знаю, это чрезвычайно способный, который знает богословские науки религиозный деятель, который удачно заканчивает учебу в РАНХиГС и ведет огромную общественную работу, демонстрируя пример практического сочетания светского и религиозного образования. На данный момент он перебежал на работу деканом теологического факультета Дагестанского гуманитарного института, сохраняя при всем этом за собой курирование образовательной сферы в Муфтияте Республики Дагестан.

В общем работа организована так, что все использованы и нацелены на достижение общих задач. Тут нужно изучать деятельность муфтия, муфтията, заместителей, уполномоченных лиц и всех, кто способствует в религиозных вопросах, как единый организм для решения имеющихся (возникающих) задач.

— Имамы мечетей — это назначаемые Муфтиятом Республики Дагестан лица либо выбираемые прихожанами мечети? Муфтий Республики Дагестан может снять имама, к примеру, если он держится салафитских взглядов, и назначить на его место другого человека?

— В данном плане Республика Дагестан — это регион, в каком муфтият советует имама, и делается это с учетом представления джамаата. Почаще всего, как указывает практика, который назначается имам бывает выходцем из данного же населенного пункта, который учился и имеет религиозное образование. Тут принципиально, чтоб религиозный деятель знал данный район (место собственного проживания и работы), людей, традиции, адаты для действенного решения вопросов джамаата, обращений верующих, маслиатов (метод разрешения конфронтаций снутри группы) и, очевидно, все это должно быть вспомогательным для работы имама, ориентируем?? на богословские познания и шариатские законы.

Касательно назначения имама, то необходимо подчеркнуть, что в республике были городские образования, в которых к управлению мечетей и общиной приходили представители радикальных идеологий, и в данном случае конкретно муфтият проводил гигантскую работу по восстановлению доверия (условно выражаясь) к тем «мечетям», где звучали просьбы к роли в военных конфликтах в Сирийской Арабской Республике и остальных жарких точках, в итоге чего гибла дагестанская молодежь. И с этой точки зрения некоторые назначения полностью оправданы.

Снова повторю, что муфтият советует собственных выпускников, завершивш?? учебу в лицензированных учебных заведениях согласно работающим образовательным эталонам и подготовлены для работы в религиозных организациях.

Кроме того подчеркну, что все имамы проходят аттестацию и увеличение квалификации, и данный фактор чрезвычайно важен, так как к Республике Республика Дагестан как к самому южному субъекту России приковано внимание почти всех глобальных держав, считающ?? регион зоной собственных актуальных интересов. Постоянно находятся угрозы, сначала направленные на смену духовных ориентиров нашей молодежи на чуждые народам Республики Дагестан ценности. И 1-ый, кто противоборствует данному, — имам, как следствие этого, он должен быть не попросту патриотом собственного народа, теологически образованным, а всесторонне приготовленным, которые уважаются в общине и молодежной среде.

— Пост муфтия Республики Дагестан — это выборная пост? Либо бессрочная? По уставу Муфтията Республики Дагестан предусмотрена цикличность голосования муфтия? Число сроков правления?

— Муфтия выбирает Совет алимов (богословов) Республики Дагестан, высшее душевное собрание республики. Совет поднимает данный вопрос, если есть надобность, к примеру, по заболеванию, из-за погибели, ухода с поста и другое. А так, какая в данном надобность? Это не выборы парламентария Народного собрания Республики Дагестан.

Если же тут есть в виду вероятные претензии к работе муфтия либо муфтията либо же остальные вопросы, то они также озвучиваются на Совете алимов.

Еще есть иная сторона этого вопроса. Республика Дагестан — это республика, в каком уполномоченных лиц духовенства практически убивали, взрывали и расстреливали, и это продолжалось годами. Много достойных сынов республики, узнаваемых религиозных деятелей погибло на пути облагораживания характеров и дагвата (призыва к вере), потому дагестанцы чрезвычайно дорожат своими религиозными деятелями и теми религиозными устоями, которые у нас сложились.

— Говоря о высшем исламском образовании применительно к Республике Дагестан, о каком числе высших учебных заведений мы можем говорить? Сколько из них имеют муниципальную аккредитацию (другими словами право выдавать дипломы муниципального эталона)? И почему из всех мусульманских высших учебных заведений Республики Дагестан в Совет по исламскому образованию входят лишь два: Дагестанский исламский институт имени шейха Мухаммад-Арифа и Дагестанский гуманитарный институт?

— Сейчас в Республике Дагестан образовательное поле в сфере подготовки профессионалов религиозной направленности представлено шестью исламскими университетами. Кроме того тут удачно работают 16 медресе и 1 филиал медресе имени шейха Мухамада Арифа в городе Каспийске.

При мечетях действуют 132 мактаба (примечетские школы), число которых носит сезонный характер и может возрастать до больше 350, а время от времени и выше.

Это уже сложившаяся динамика со всеми нужными правовыми нормами в части лицензирования, аккредитации и иных условий.

Сейчас что касается вопроса мусульманских высших учебных заведений Республики Дагестан в Совете по исламскому образованию. Возьмите для практического примера хоть какой работающий Совет по образованию, всюду вы увидите такую же картину отбора, так как всех нереально и не надо завлекать к этой работе, так как тут религиозные университеты должны быть также системно выстроены по эталону светского университета, другими словами в нем должны быть бакалавриат, магистратура, аспирантура и докторантура.

Касательно Дагестанского гуманитарного института (ДГИ), то данный университет представляет из себя всеполноценную образовательную компанию со собственной учебной и вещественно-технической базой, неповторимость которого заключается в сочетании светского и религиозного образования, усиленном духовно-моральном воспитании учащихся на базе условий ислама. Руководитель ДГИ заходит в состав Совета ректоров высших учебных заведений СКФО, а сам институт имеет соглашения о взаимодействии с ведущими российскими университетами, интенсивно развивает международную деятельность, имеет муниципальную аккредитацию по фронтам подготовки «Журналистика», «Лингвистика», «Экономика», «Бизнес-информатика», также по направлению «Теология» (бакалавриат и магистратура). А также, институт проводит курсы увеличения квалификации для муниципальных служащих, уполномоченных лиц учебных заведений, также исламских высших учебных заведений и медресе, религиозных деятелей, сотрудников муфтията Республики Дагестан, заносит весомый вклад в дело нормализации нашего общества и гармонизацию межконфессиональных отношений.

Аналогичное можно сообщить и про Дагестанский исламский институт имени шейха Мухаммад-Арифа (ДИУ).

— В Татарстане на данный момент три исламских университета (два института и одна исламская академия), 8 медресе, и это воспринимается как избыточность исламских образовательных организаций для 1-го региона, это приводит к суровой дилемме трудоустройства этого числа выпускников. В конечном итоге на данный момент думают над тем, как уменьшить однако бы количество медресе. Очень значительное число исламских высших учебных заведений в Республике Дагестан по сопоставлению со всеми другими субъектами Российской Федерации с малогабаритным проживанием мусульман не приводит к такой же ситуации избыточности выпускников, которым тяжело трудоустроиться после завершения исламского университета?

— Тут я обязан с Вами не согласиться, при этом решительно. Думаю, что положение дел складывается как раз напротив. В наиблежайшие 5−10 лет, как и на данный момент, наблюдается недостаток профессионалов в данной отрасли религиозной работе.

В медресе дается лишь базисное исламское образование, наряду с этим в Республике Дагестан студенты исламских учебных заведений получают и рабочие профессии.

Мечети есть всюду, в каждом муниципалитете (поселении). Мечети необходимо три либо 4 служащих, а в джума-мечети еще более. Необходимы также сотрудники для медресе, мактабов, религиозных фондов, объединений, компаний общественного характера которых в республике также много.

А также, не все студенты идут работать по направлению и находят себя в остальных секторах публичной жизни, а почти все продолжают учебу и двигаются далее. Кроме того тут нужно учесть, что в Российской Федерации число мусульманского жителей повсевременно вырастает и почти все трудоустраиваются в остальных субъектах государства, также и в религиозном направлении.

Самое принципиальное, что богословские познания приносят пользу как самому носителю, так и окружающим, а как следует и обществу, потому годы, которые посвящены получению исламского образования, нельзя считать утраченными, напротив, это путь облагораживания характеров и огромного дагвата для хоть какого мусульманина.

— Побеседуем о заграничном религиозном образовании российских мусульман. В Татарстане это признают неувязкой, так как выпускники исламских высших учебных заведений Близкого Востока, в особенности Саудовской Аравии, воспринимаются (и имея определенные основания) как проводники идейных установок, которые были приняты в этих государствах. По возврату домой проводится переаттестация таковых выпускников, если они думают стать имамами. Другими словами их практически поновой учят, рассказывая, что они должны придерживаться не салафизма, а религиозно-законодательной школы (мазхаба), которая являлась классической для региона. Имеется ли такая же практика в Республике Дагестан?

— Если гражданин России, имея высшее образование либо со степенью претендента, врачи наук, движется в другую государство, то он должен пройти переаттестацию либо нострификацию диплома об образовании, аналогичное действует и в Республике Дагестан. Это требования требований законодательства страны (Федеральной службы по надзору в сфере образования и науки), касающиеся как светского, так и религиозного образования. Считаю это правильным.

Тут нет ничего нового, такой порядок фактически по всему миру. Исключение делается в тех вариантах, когда в такой сфере есть соответственное соглашение меж государствами.

На данный момент выезжающих для получения исламского образования в заграничные государства чрезвычайно не много, так как в Республике Дагестан работает система заведений высшего исламского образования, аспирантуры, докторантуры (теологии).

Наши соратники из АНО «Информационно-аналитический центр «Фикр» (Республика Республика Дагестан) провели не так давно социологические опросы отношения к дагестанцам, которые получили образование в заграничных государствах.

Свыше 23,4 % опрошенных к выпускникам заграничных учебных заведений имеют доверительное отношение, 35,8 % предпочитают относиться к ним не положительно и не отрицательно, 26,5 % выражают недоверие, 14,4 % не думали над этим вопросом.

На вопрос «можно ли допустить выпускников заграничных учебных заведений к проф работе на территории Республики Дагестан?», ответы были подобные: 18,5 % опрошенных проявляют симпатию к выпускникам заграничных учебных заведений и думают, что от их проф работе на территории Республики Дагестан будет полезность, 16,1 % допускают их внедрение, но не видят в данном необходимости, 25,4 % проявляют осторожность и считают это вероятным после прохождения соответственной аттестации, 24,1 % решительно против допуска их к проф работе, 15,7 % не думали над этим.

Настораживающим фактором является многозначное мнение по причине допуска выпускников заграничных учебных заведений к проф работе на территории Республики Дагестан. Имеется существенное число опрошенных, решительно выступающих как за допуск, так и против этого. Выше сорока процентов опрошенных с осторожностью подступают к данной теме, считая вероятным после прохождения соответственной аттестации либо вероятным, но неблагоразумным.

ЧИТАТЬ ТАКЖЕ:  Аналитика от «Незыгаря»: Медведев делает заявку на конфликт с Мишустиным

Участникам опроса, которые считают недостающим число религиозных учебных заведений, был задан доп вопрос по причине того, как они видят увеличение числа духовных учебных заведений.

Из полного количества принимавших участие в опросе 769 человек 20,7 % считают нужным открыть добавочно высшие духовные учебные заведения, 17,1 % дают добавочно открыть средние проф духовные учебные заведения, 62,1 % думают, что во всех населенных пунктах нужно открыть примечетские школы для обучения жителей базисным познаниям религии.

— У Муфтията Республики Дагестан есть институт уполномоченных лиц за границами Республики Дагестан как в регионах, так и за границами Рф. Хотелось бы осознать, сколько их и какую функцию они делают?

— Есть официальные консульства Республики Дагестан в субъектах России, а уполномоченных лиц муфтията нет. В этом случае нередко считают, что, если дагестанец работает имамом либо занят иным общественно-религиозным делом за границами Республики Дагестан, то он непременно представитель муфтията, но это не так. Нет необходимости в таковых представительствах в регионах государства, так как муфтият удачно ведет взаимодействие во благо мусульманской группы Рф с теми, кто работает на местах в данном направлении. Сейчас вправду вырастает количество дагестанцев, которые работают имамами и даже муфтиями за границами республики. Это соединено с тем, что есть поле для религиозной работе (дагвата), и дагестанцы с этим удачно управляются. Конечно же, они поддерживают общественно-религиозные связи с Дагестаном.

Довольно большая масштабная сеть представительств в регионах есть у мусульманской газеты «Ассалам», в связи с тем, что это общегосударственное многотиражное издание, которое патронируется Муфтиятом Республики Дагестан. К слову, это единственная в Российской Федерации газета, которая издавается на 10-ках языках с неизменной динамикой развития.

Информационное поле также представлено исламскими интернет-СМИ Islamdag.ru и Assalam.ru, являющиеся составной частью веб-места и оказывают значительное воздействие на формирование мнения населения.

— По числу мечетей Муфтият Республики Дагестан является самым большим из всех муфтиятов Рф, даже таковых, являющиеся межрегиональными, к примеру, Центральное душевное управление мусульман, Организационный центр мусульман Северного Кавказа, и тем паче Душевное управление мусульман Рф. Каково воздействие Муфтията Республики Дагестан за границами региона?

— Дагестанские алимы постоянно были почитаемы и признаваемы в российской исламской умме, регионах с малогабаритным проживанием мусульман как в государстве, так и по всему миру. У наших алимов и на данный момент консультируются по почти всем вопросам, в особенности образцовых положений корана и сунны, фикха (мусульманского права), предписаний шариата, практических ритуальных действий и другое.

Если есть выходцы из Республики Дагестан в субъектах Российской Федерации и есть сотрудники муфтията, то означает, эти люди работают с диаспорами, что содействует снижению количества радикально настроенных людей и благоприятно влияет на обстановку.

Если глядеть на это с иной стороны, то шариат не воспрещает дагестанцу обращаться за советом по религиозным вопросам, сообщим, к имаму мечети в Казани, Уфе, Новосибирска и т.д. и напротив. Однако этот необходимости сейчас нет, так как в сегодняшней Российской Федерации представители мусульманской уммы, а тем паче главы религиозных общин и компаний, которые действуют на местах, довольно образованы, компетентны в вопросах веры, и могут посодействовать мусульманину.

— В идейном отношении мусульмане Республики Дагестан представлены различными течениями. Какие это религиозные группы снутри исламской группы?

— Прежде всего все мы, дагестанцы — мусульмане, христиане, иудеи, отлично живем в границах нашей республики, сотрудничаем со всеми заинтересованными сторонами, уважаем соседей, чтим сложившиеся в регионе традиции и вместе укрепляем нашу веру в Автора. В нынешнем Республике Дагестан, как и на всем Северном Кавказе, нет необходимости градации по религиозным группам. Все мы исходим из понятия «братство», и хоть какой к взывает к миру, добру, созиданию и, конечно, к благоденствию, является твоим братом, кунаком, единомышленником, и не лишь с религиозных позиций, а с веками сложившихся горских традиций добрососедства и радушия.

В Республике Дагестан суннитский ислам представлен в главном шафиитским ханафитским мазхабами (религиозно-правовыми школами). Последнему следуют ногайцы. Кроме того есть определенная часть шиитов-имамитов.

— Какие суфийские братства есть на данный момент в Республике Дагестан? Как они ведут взаимодействие меж собой?

— Суфизм по всему миру представлен различными тарикатами. Часто встречающийся из них — «Накшбандия», который в Республике Дагестан также является главным в практике внедрения. Есть тут также тарикаты «Шазилия» и «Кадирия». В базе всех суфийских братств лежит работа с нафсом (внутренними пороками человека), считаем?? огромным джихадом, они работают над своим эго, выступают против насилия, и в данном все братства едины, другими словами фактически нет отличия от общих главных условий, есть отличия лишь в ритуальной части — выполнении вирдов (молитвенных заданий мюридов) и прочем.

— Есть какие-то числа, сколько всего обитателей Республики Дагестан уехали вести войну в Сирийскую Арабскую Республику на стороне боевиков? По имеющимся сведениям, количество участвующих нелегальных вооруженных формирований на сирийской территории 4,5 тысяч человек из Российской Федерации.

— Эти числа были озвучены министром внутренних дел фактически во время окончания сирийской армейской кампании, потому каких-то существенных изменений в ту либо другую сторону нет. Естественно, дагестанцы с сожалением относятся к тем, кто избрал для себя такую судьба, отлично осознавая, куда и для чего движутся. Пострадало чрезвычайно много семей, много детишек остались сиротами, погибли, исчезли бесследно. Пролито много материнских слез, и это самое грустное, так как люди, вербовавш?? нашу молодежь, призывали их к оружию, принесли в дома дагестанцев много горя и бед. Считаю, заключения изготовлены и больше этого не повторится.

— Сейчас в Республике Дагестан у салафитов есть яркие духовные лидеры? Либо они оставили территорию Российскую Федерацию и на данный момент находятся в заграничных государствах? Можно ли рассказывать, что в Республике Дагестан остались сторонники «Имарата Кавказ» (нелегальная в Российской Федерации экстремистская группировка), либо об этом мы можем говорить лишь в прошедшем времени?

— Все одиозные личности в регионе — «амиры» бандгруппировок — ликвидированы, а те, кому получилось выкарабкаться из региона, в текущее время работают как ячейки ИГИЛ (нелегальная в Российской Федерации экстремистская группировка) в разных жарких точках либо скрываются от сотрудников полиции органов, также Международной организации уголовной полиции.

Есть некоторые любители пропаганды, которые не оставляют попыток призывать молодежь к собственному видению (интерпретации) религиозных положений корана и сунны. Однако это касается не лишь Республики Дагестан, Северного Кавказа, а всех последователей ислама, так как в главном их сотрудничество с мусульманской и желаю увидеть немусульманской молодежью случается средством веба и соцсетей. Тут уже наступает поле работе для органов охраны правопорядка.

— В Поволжье есть мусульмане, которые входят в радикальные и экстремистские группировки «Хизб-ут-Тахрир аль-Ислами», «Таблиги джамаат», «Братья-мусульмане», «Нурджулар» (все являются нелегальными в Российской Федерации организациями). Временами они сотрудниками правоохранительных органов выявляются, что гласит о самом факте их наличия. А в Республике Дагестан были последователи этих нелегальных компаний? Как было мощным их воздействие?

— Воздействие компаний «Хизб-ут-Тахрир аль-Ислами» и «Таблиги джамаат» в Республике Дагестан никогда не было существенным, ну и фактически приверженцев их тоже много не было никогда. В различные периоды времени (идет речь о рубеже 2000−2010-х годов) в республике были эпизоды, в которых они были упомянуты, или приняли участие в каких-либо мероприятиях. Естественно, тут есть люди, которые в силу различных событий попали в этих организациях, но почаще всего это люди, которые уже были носителями определенных идейных ценностей, приобретенных за границами региона.

Говоря про «Нурджулар», следует сообщить, что имеется маленькая группа последователей духовного наследства Бадиуззамана Саида Нурси (1878−1960), другими словами людей, которые изучают его труды и как-то связанных с книжками «Рисале-и Нур». Их деятельность, если так можно выразиться, заключается в исследовании данных произведений в целях постижения «Божественных истин» и в стремлении воплощать в жизнь принципы корана и религии. У органов охраны правопорядка появлялись к ним вопросы в части того, что Турция, как главной наследник учения Саида Нурси имеет на них воздействие.

Было время в 2000-е годы, когда к «Ихван аль-муслимин» («Братья-мусульмане») тяготела молодежь, так как движение в Республике Дагестан представляли выпускники института «Аль-Азхар» в Каире. В принципе нужно сообщить, что в то время внегласная конкурентность за разумы юных дагестанцев была меж саудовской, сирийской и египетской религиозными школами. В принципе, если говорить больше доступно, ценность в исламе одна, а вот истолкование различное.

В текущее время можно сообщить, что активность духовенства республики, дагестанская школа религиозной мысли всецело доминирует в регионе, покоряет остальные субъекты Российской Федерации и думаю, что будет развиваться далее.

— В Республике Дагестан обычно живут шииты. Сколько сейчас шиитских мечетей, в которых городах они находятся? Как выстраиваются отношения меж шиитами и Муфтиятом Республики Дагестан?

— В текущее время в Республике Дагестан работает 21 шиитская мечеть (джума — 10, квартальные — 11). Есть более большие шиитские группы в городах Дербент, Махачкала, Хасавюрт, также в Дербентском и Докузпаринском районах (село Мискинджа), которые были представлены азербайджанцами, иранцами и лезгинами. Также, есть маленькие группы и в иных городских населенных пунктах республики.

Шиитские религиозные организации зарегистрированы и являются частью медиапространства дагвата (призыва к вере), и имеют подобные же права, как религиозные организации суннитского толка.

Шиитские религиозные организации не входят в структуру Муфтията Республики Дагестан, работают без помощи других.

— Когда-то было понятно, что в Республике Дагестан имеется община «крачковцев». Не могли бы Вы поведать, кто это подобные, кто у них лидер и есть ли они сейчас?

— В Республике Дагестан были «крачковцы», другими словами группа людей работающих на базе религиозной общности и признающих только перевод смыслов корана академика Игнатия Крачковского (1883−1951), отторгают сунну (хадисы) и думают, что буквального осознания перевода смыслов корана довольно, они ординарны и доступны. Они прогуливаются в мечети, совершают снаружи обыденный намаз, но текст молитвы читают на российском языке, что решительно запрещено в исламе. Соответствующим различием является также отказ от совершения необязательных (сунна) намазов.

Прихожане нестандартной религиозной группы «крачковцев» постоянно держались обособленно и были в маргинальном положении, так как были к ним недопонимание и неприязнь со стороны уполномоченных лиц радикальных джамаатов. Их отличительная изюминка в том, что последователи этого течения не считают надобностью учить арабский язык, так как, согласно их убеждения, это не дает глубочайшего осмысления содержания молитвы, также поэтому, что арабский не является языком общения и языком, на котором ты мыслишь.

Община закончила существовать (по решению большей части группы) после того, как её 39-летний лидер Магомед Казакбиев в 2010 году был убит в пятничный день на выходе из мечети. Согласно имеющихся сведений, убитый назначил себя Махди — последним халифом пророка (мир Ему), который должен явиться перед судным днем.

Сторонники группы посчитали убийство как предопределение, что его забрали, чтоб исполнить цель, и конкретно он тот имам Махди, который соединит воединыжды всех верующих, когда состоится 2-ое пришествие пророка Исы (мир Ему).

Конечно же, наибольший процент мусульман не приемлет таковых мнений и тем паче сравнений. Община крачковцев в Республике Дагестан после смерти духовного лидера практически распалась.

— Воздействие дагестанского муфтия Ахмада Абдулаева на общественно-политическую жизнь региона очень велико. К примеру, мы нередко смотрим положение дел, когда глава какого-либо района Республики Дагестан приезжает в Махачкалу, посещает муфтия и собственного рода отчитывается перед ним о построенных мечетях. Подобное в принципе нереально представить, к примеру, в Татарстане, где все-же светская власть выше духовной. И если глава города какого-либо города либо глава района желает обсудить какой-то вопрос, к примеру, по постройке новой мечети, то муфтий республики Татарстан приезжает к нему на прием, но не напротив. А в Республике Дагестан мы видим совсем иную картину. Поэтому не кажется ли Для вас, что в государственно-конфессиональных отношениях в Республике Дагестан не светское правительство доминирует над муфтиятом, а Муфтият Республики Дагестан, если и не сильнее институтов светской власти, то по меньшей мере на равных с ними?

— Сходу поправлю! Правительство и главы городских районов не строят мечети. И в Татарстане тоже! Этим занимаются джамааты, личные лица, публичные и религиозные организации. Это случается без воздействия республиканских и городских властных структур.

Главы республик, городов, районов, поселений, министры местного кабинета министров в рамках развития государственно-конфессиональных отношений посещают религиозных деятелей, шейхов и, конечно, муфтия Республики Дагестан. Эти дружественные отношения сложились в республиках не лишь в Северо-Кавказском регионе, да и в принципе на Кавказе в общем. Они видятся с ними не лишь в религиозные празднички, а в будние дни тоже, так как показывают почтение к нашим традициям, к нашим старейшинам, не считая того, это служит примером для нашей молодежи. Конкретно на таковых встречах за чашечкой чая, но не на протокольных заседаниях решаются почти все проблемные вопросы. Кроме того, они выражают благодарность за работу муфтията с общинами в городах и районах, по этому нет митингов и правонарушений как в почти всех остальных субъектах Российской Федерации. Разве это не так?

Поверьте, пожалуйста, духовенство и духовные лидеры в частности, сейчас проводят на порядок больше патриотической, воспитательной, социальной работы, чем почти все государственные служащие вместе взятые.

Для понимания этого вы должны осознавать, что из себя представляют Республика Дагестан и примыкающие с ним регионы Северного Кавказа. Тут появляются — идут в мечеть, когда погибают — несут в мечеть. Мечеть выступает главным регулятором публичных отношений, также площадкой для претворения в жизнь людей правильных духовно-моральных установок, служит призывом к вере и созиданию. А сейчас сообщите, пожалуйста, где еще это делается с данной же масштабностью и продуктивностью, только словом религиозного деятеля — имама мечети?

И когда нам сообщают, что религия разделена от страны, я говорю, что в Республике Дагестан религия не быть может разделена от страны, так как это большая часть каждодневной жизни людей. Конкретно благодаря данному у нас самая юная по возрастному составу жителей республика (выше пятидесяти процентов жителей составляет молодежь), где самая высочайшая рождаемость в государстве.

— Не могу не коснуться вопроса религиозных связей Республики Дагестан и мусульман Поволжья сейчас. Связи меж татарскими и дагестанскими суфиями официально фиксируются с 18 века, а более крепкими они были на рубеже 19-20 вв. Однако как обстоит дело на данный момент? Дагестанский муфтий как суфийский шейх имеет мюридов в числе татарского духовенства?

— Я вижу почти всех татар, которые приезжают в Республика Дагестан как в рамках светских визитов, так и в розыске ответов на религиозные вопросы. Естественно, есть и те, кто посещает шейхов, и специально приезжают с этой целью. Приезжают отовсюду, в связи с тем, что в религиозной практике суфизма (тасаввуф) это обыденное явление. У муфтия Республики Дагестан есть мюриды из числа татар Поволжья. А также, в Республике Дагестан есть татарская община, в регионе повсевременно проживают татары, которые также, как и все местные мусульмане, прогуливаются в мечети, оправляют свои религиозные необходимости. Нередко татарские и башкирские религиозные деятели приезжают в Республика Дагестан, участвуют в текущих мероприятиях, видятся с местными религиозными деятелями. Подобные отношения никогда не обрывались, они есть и развиваются.

Похожие статьи

Кнопка «Наверх»